Вайнберг. Музыка памяти

Книга Антонины Клоковой «Werke in memoriam»
Вайнберг. Музыка памяти

Книга Антонины Клоковой затрагивает центральный мотив музыкального творчества Мечислава Вайнберга — трагедию выжившего в ходе уничтожения еврейского народа в ХХ веке.

«Мечислав Вайнберг родился в Варшаве в 1919 году в еврейской семье, уходящей своими корнями в молдавский Кишинев и польский Кельце.[i] Благодаря тому, что отец Вайнберга активно участвовал в жизни еврейского театра в Варшаве, маленький Мечислав познакомился с музыкальным миром еврейского театра еще в раннем детстве.

Антисемитские настроения в межвоенной Польше сопровождали начало музыкальной карьеры Вайнберга в Варшавской консерватории в начале 1930-х годов, где он учился наряду со многими в последующем выдающимися польскими композиторами, такими как Анджей Пануфник, Збигнев Турский и Витольд Лютославский.[ii]

Antonina Klokova. Werke in memoriam. Holocaust-Verarbeitung im Instrumentalwerk Mieczysław Weinbergs im Kontext der sowjetischen Musik.
– Wolke Verlag, 2023

Нападение немецкой армии на Польшу в 1939 году вынудило Вайнберга бежать на восток: Он нашел убежище в Советском Союзе и смог там успешно продолжить свою музыкальную карьеру.

Вторжение национал-социалистов в Советский Союз повлекло за собой новый этап жизни Вайнберга: он был эвакуирован в Ташкент, столицу Узбекской Советской Республики, где встретил свою будущую жену Наталью Вовси-Михоэлс, дочь известного советского еврейского актера и театрального режиссера Соломона Михоэлса. В 1943 году Вайнберг переехал в Москву, где прожил до своей смерти в 1996 году. В ходе антисемитских репрессий в Советском Союзе («дело врачей») Вайнберг был арестован в феврале 1953 года. Вскоре после смерти Сталина, последовавшей месяцем позже, композитор был освобожден.

Жизнь и творчество беженца

В существующей исследовательской литературе о жизни и творчестве Мечислава Вайнберга прослеживается мысль о том, что Вайнберг был беззащитен перед социально-политическими потрясениями XX века, не имея никакой возможности избежать насилия того времени.[iii] Это укрепляет представление о Вайнберге как о жертве XX века и его варварских диктаторских режимов. Не отрицая этого, исследование преследует принципиально иную цель: осмыслить действия и решения Мечислава Вайнберга, повлиявшие на его жизнь как композитора в Советском Союзе.

Первая половина исследования посвящена выявлению пространства для действий и решений, в котором Вайнберг существовал как композитор в Советском Союзе с 1939 до конца 1970-х – начала1980-х годов. В связи с этим проводится анализ сведений из архивов ведущих советских музыкальных учреждений с целью выяснить, как существовавшие тогда рамки советской музыкальной жизни предопределяли выбор композиторских решений Вайнберга и тем самым формировали его музыкальное творчество.

В данном анализе используется контекст, который до сих пор оставался практически незамеченным в исследованиях о Вайнберге: его статус польско-еврейского беженца и человека, спасшегося от Холокоста. Значительное число польских евреев, бежавших в Советский Союз и таким образом избежавших уничтожения национал-социалистами, долгое время не привлекали внимания исследователей Холокоста. Лишь недавно историки начали изучать опыт именно этой группы евреев, переживших Холокост.[iv] До сих пор, однако, малоисследованной остается тема тех польских евреев, которые сознательно выбрали жизнь в Советском Союзе, а не репатриацию — как большинство их собратьев по несчастью.

Исследование художественной деятельности Вайнберга во время его жизни в Советском Союзе призвано восполнить эту лакуну.

Музыка о Холокосте

В центре второй половины исследования   композиторская работа Вайнберга, посвященная уничтожению евреев в XX веке, а также анализ инструментальных сочинений, которые Вайнберг создал в память о членах своей семьи, ставших жертвами Холокоста. Среди них две симфонии (№ 13 и № 16), посвященные матери композитора, Соната № 3 для скрипки соло, посвященная его отцу, Струнный квартет № 16, написанный в память о его сестре, и Соната № 6 для скрипки и фортепиано, посвященная его матери. Все эти инструментальные композиции были написаны в конце 1970-х – начале 1980-х годов — как раз в период переоценки Холокоста в мире. За это время Вайнберг вступил в свою собственную «Эру Свидетеля»[v] и достиг возраста своих родителей на момент их насильственной смерти.

После обзора опыта осмысления Холокоста и его художественной проработки будет показано, чем музыкальное обращение Вайнберга к этой теме отличается от других примеров в советской и западной музыке. Литературные модели для музыкальных сочинений Вайнберга, о которых идет речь, были написаны почти исключительно польскими авторами еврейского или нееврейского происхождения. Таким образом, специфика Вайнберга заключается в транснациональном подходе, который связывает польско-еврейский опыт с музыкальными средствами, находящимися в границах советского музыкального канона и его эстетики.

В случае с инструментальными произведениями Вайнберга, посвященными Холокосту, главной целью музыкального анализа стало выяснение того, каким образом в них были использованы музыкальные отсылки — прямые цитаты или аллюзии к другим сочинениям Вайнберга и других композиторов.

Для этого был проведен сравнительный анализ, в результате которого были выявлены отсылки к ряду музыкальных произведений, которые имели формирующее значение в музыкальном творчестве Вайнберга. Прежде всего, это его первая опера «Пассажирка», на которую базируются в музыкальном отношении симфонии № 13 и № 16. Кроме того, эти симфонии содержат прямые отсылки к опере «Поздравляем!» по мотивам Шолом-Алейхема. В основе главных тем камерных сочинений, посвященных памяти членов семьи Вайнберга, лежит сочинение «Молитва» из песенного цикла «Воспоминания» на стихи Юлиана Тувима, написанного в 1962 году. В Струнном квартете № 16 Вайнберг выстроил связь с межвоенной Польшей, цитируя в нем Мазурку, сочиненную в Варшаве в 1933 году, — юношеское сочинение в духе польской музыкальной традиции того времени.

Анализ инструментальных произведений Вайнберга показал, что тематическая отсылка к насильственной смерти членов его семьи во время Холокоста была передана в глубоко индивидуальном ключе. Решающую роль в этой связи сыграла самоидентификация Вайнберга, его так называемая «дефисная идентичность»[vi] — польско-еврейского эмигранта и советского композитора.

Антонина Клокова

«МО»  № 9 (531) 2024

[i] В исследованиях о происхождении и личности матери Вайнберга имеются расхождения. Данная информация основана на недавно обнаруженном личном деле Мечислава Вайнберга в архиве Союза композиторов Москвы. Российский государственный архив литературы и искусства (РГАЛИ), фонд 3183, опись 1, дело 257.

[ii] Данута Гвиздаланка опубликовала материал о жизни Вайнберга в Варшаве в книге: Мечислав Вайнберг – композитор трех миров, Санкт-Петербург 2021.

[iii] См. например работы Дэвида Фаннинга: Mieczysław Weinberg. Auf der Suche nach Freiheit, Hofheim 2010. Также Верена Могль: „Juden, die ins Lied sich retten“. Der Komponist Mieczysław Weinberg (1919–1996) in der Sowjetunion, Münster/New York 2017.

[iv] Markus Nesselrodt: Dem Holocaust entkommen. Polnische Juden in der Sowjetunion, 1939–1946, Berlin/Boston 2019 und John Goldlust: “Identity Profusions. Bio-Historical Journeys from ‘Polish Jew’/ ‘Jewish Pole’ through ‘Soviet Citizen’ to ‘Holocaust Survivor’“, in: Mark Edele, Sheila Fitzpatrick, Atina Grossmann (Hrsg.): Shelter from the Holocaust. Rethinking Jewish Survival in the Soviet Union, Detroit 2017, S. 219–247.

[v] Вольный русский перевод названия книги Анетты Вивьорки (Annette Wieviorka), L’ère du témoin, Paris 1999.

[vi] Термин „hyphenated identity“ использует Алейда Асман (Aleida Assmann) в своей книге Der lange Schatten der Vergangenheit. Erinnerungskultur und Geschichtspolitik, München 2006, S. 251.

Антонина Клокова

Антонина КЛОКОВА – немецкий музыковед, специализирующийся на истории советской музыки, творчестве Мечислава Вайнберга, истории музыкальной эмиграции в ХХ веке. Автор статей и монографий на немецком, английском и русском языках.

В настоящее время —независимый исследователь, внештатный преподаватель в Университете Искусств г. Берлина, где защитила диссертацию в 2023 и получила научную степень (Dr. phil.).

В 2018 вышли в свет изданные совместно с Яшей Немцовым и переведенные ею на немецкий язык воспоминания советского композитора Юлиана Крейна (Julian Krein. Notizen aus meinem musikalischen Leben. Wiesbaden: Harrassowitz). В 2017 была научным куратором Международного форума «Мечислав Вайнберг (1919–1996). Возвращение» в Москве. С 2013 по 2017 год работала научным сотрудником кафедры истории еврейской музыки Консерватории имени Ф. Листа в Веймаре. Окончила Бременский университет по специальности «романская филология, музыковедение и история» (Master of Arts).

Избранные публикации:

“Smuggling“ Holocaust memory into music. Mieczyslaw Weinberg’s strategies to represent the Holocaust in Brezhnev’s Soviet Union, in: Trumah 27 (Zeitschrift der Hochschule für Jüdische Studien Heidelberg) (в печати).

Schostakowitsch in der späteren Sowjetunion und in postsowjetischer Zeit, in: Dorothea Redepenning, Stefan Weiss (Hrg.): Schostakowistch-Handbuch, Stuttgart (в печати).

Biographical texts about Mieczysław Weinberg. Pecularities and challenges of biography as a research method, in: David Fanning, Michelle Assay (Hrg.): Mieczysław Weinberg: Between East and West, London (в печати).

Werke in memoriam. Holocaust-Verarbeitung im Instrumentalwerk Mieczysław Weinbergs im Kontext der sowjetischen Musik, Hofheim (Taunus) 2023.

Несостоявшася постановка оперы Вайнберга «Пассажирка» в 1968 году: кто виноват? в: Музыкальная академия (770) 2/2020, стр. 116–131.

Julian Krein: Notizen aus meinem musikalischen Leben. Studien und Quellen zur jüdischen Musikkultur, Bd. 15, Harrassowitz, Wiesbaden 2018. (вместе с Яшей Немцовым)

Mieczysław Weinberg. Ein internationals Forum in Moskau, in: Musik&Ästhetik (10–2017), S. 99–102.

Мечислав Вайнберг (1919–1996). Страницы биографии. Письма, Москва 2017.

Mieczysław Weinberg – ein Klassiker der sowjetischen jüdischen Musik?, in: Jascha Nemtsov, Antonina Klokova (Hrg.): Einbahnstraße oder „die heilige Brücke“? Jüdische Musik und die europäische Musikkultur, Studien und Quellen zur jüdischen Musikkultur, Bd. 14, Harrassowitz, Wiesbaden 2016, S. 253–271.

“Meine moralische Phlicht“. Mieczysław Weinberg und der Holocaust, in: Die Macht der Musik. Mieczysław Weinberg: eine Chronik in Tönen. [= Osteuropa 7/2010], S. 173–182.