Непреходящие «Времена»

Репертуар симфонических оркестров мира пополнился новой версией «Времен года» П.И. Чайковского – Сергея Абира
Непреходящие «Времена»
Сергей Рыцарев - Абир. Фото Эдмонд Атанелли.

На сайте размещен фрагмент статьи. Полностью статью читайте в бумажной версии газеты «Музыкальное обозрение” № 1 (408) 2017.

«Обертон ностальгии»

За 140 лет «Времена года» Петра Ильича Чайковского накопили уникальную культурную историю. Дело не в количестве изданий, исполнений, записей, аранжировок, использования в смежных искусствах. Мало у кого та или другая пьеса из «Времен года» не на слуху: они для детей, для взрослых, для юношества — для всех. И спустя 140 лет, с годами сохраняют притягательность.

Они по-прежнему пленительны, еще напоминают нам о юности, добавляя щемящий обертон ностальгии. Впрочем, это ведь относится к большей части сочинений Чайковского. Те, кто воспитаны на его музыке, знают, как звучит апрель — не пьеса «Апрель», а природа и наши чувства в месяце апреле; как звучит декабрь, как звучат маленькие лебеди, больная кукла и т. д. Образы отпечатываются в сознании вместе с музыкой. Музыкальные портреты месяцев с детства оказываются озвученными Чайковским.

tchaikovskiy600

Новый Чайковский

Пьесы из «Времен года» настолько популярны, что существуют в десятках переложений для самых разнообразных инструментов и составов. На одном только фестивале «Кружева» в Вологде (2008–2016) прозвучали шесть версий пьесы «Октябрь. Осенняя песнь».

«Времена года» —исключительно благодатный и благодарный материал для симфонического оркестра. Аранжировки фортепианного цикла для оркестра делали многие известные музыканты. В нашей стране наиболее известна версия Александра Гаука, в которой весьма заметны черты особого «парадного» и несколько «бесхитростного» оркестрового стиля, характерного для советской эпохи: своего рода «оркестрового соцреализма». Это ощущение тем более правдоподобно, что дата создания этой версии (1942) близка ковремени празднования 100-летия П.И. Чайковского (1940), вылившегося тогда чуть ли не в официальный национальный праздник.

Существуют и разные версии для камерного оркестра.

Новую оркестровку этого произведения сделал известный российский и израильский музыкант — композитор, музыковед, аранжировщик, блестящий знаток оркестра Сергей Рыцарев-Абир.

Написанная (сочиненная) им версия, над которой он работал четверть века, захватывает и удивляет «эффектом Чайковского», подтверждаемым в каждом эпизоде этого необычного оркестрового решения. Это не бледный, вторичный слепок с Чайковского, а сильное симфоническое произведение, оставляющее такое впечатление, будто его мыслил автор, сам Чайковский, претворяя свои идеи «Времен года» не на фортепиано, а в симфоническом оркестре.

Воспринимая это тонкое, искреннее сочинение — «Времена года » П . Чайковского-С. Абира— мы смотрим на эти картины Чайковского, слушаем их как будто сегодняшним слухом и духовным зрением. Сюжеты, рассказы, видения, аллюзии, русской поэзии, русской литературы: Бунин, Фет, Пушкин. Открываются пространства Небес, дали и горизонты Пространства. Ближние и дальние планы. Вертикаль и горизонталь природы, музыки и бытия.

Партитура Сергея Рыцарева-Абира —не просто удача: она продукт интуиции художника, за которой угадывается опыт московской школы композиции, восходящей и ко времени, когда Чайковский писал «Времена года», «Лебединое озеро», преподавал в Московской консерватории. Звучит Чайковский. Чай-ков-ский. Мы слышим неизвестное до сих пор оркестровое сочинение композитора — самостоятельное, а не апеллирующее к фортепианному оригиналу, не отсылающее нас к нему.

В этой партитуре есть то, что из пианистов, пожалуй, только Михаил Плетнев разглядел в фортепианном оригинале и воплотил в своем исполнении: логика оркестрового масштаба. Это движение инструментальных масс, разворачивающееся действие, которое ведет в неизвестное, даже при том, что мы знаем «Времена года» наизусть. Тембровая палитра исходит из убедительно выстроенной оркестровой драматургии.

Если мы слышим соло фагота в конце «Песни жаворонка» — ничто другое представить невозможно. Если Октябрь, «Осенняя песнь», решена как дуэт скрипки с виолончелью — вряд ли что-то другое тронет вас больше. «Охота» (Сентябрь) не оставит никаких сомнений, что праздничное возбуждение этого древнего ритуала с его охотничьим инстинктом невозможно передать лучше, чем агрессивной медью, пронзающей оркестр. Четырьмя пьесами («Сентябрь. Охота»; «Октябрь. Осенняя песнь»; «Ноябрь. На тройке»; «Декабрь. Святки») в исполнении Ливерпульского Королевского Филармонического оркестра под управлением Василия Петренко открылся сезон 2015-2016, что стало, пусть не полной, но мировой премьерой этого сочинения.

vremenagoda

На сайте размещен фрагмент статьи. Полностью статью читайте в бумажной версии газеты «Музыкальное обозрение” № 1 (408) 2017.