Специальный номер «МО» — «Книги журналистов». Екатерина Бирюкова

Специальный номер «МО» — «Книги журналистов». Екатерина Бирюкова

О книге

Еще до того, как имена Курентзиса, Чернякова и Юровского стали нарицательными, эти два дирижера и режиссер попали в зону профессиональных интересов автора. В книгу включены ее статьи, написанные в 2001-2017, по которым можно проследить, как подающие надежды молодые творцы становились мэтрами, определяющими современную европейскую и российскую культурную среду. Хроника проектов, к которым имели отношение герои, из которых составляется многомерная картина музыкальной жизни начала XXI века.

Бирюкова Е. Три героя моего времени. Теодор Курентзис. Дмитрий Черняков. Владимир Юровский.
М.: «Галерия», 2018 416 с., ил. Тираж 1000

Из предисловия: «Рецензии, репортажи, интервью, анонсы, обзоры <…> в этой книге скомпонованы в три раздела: по краям Курентзис и Юровский, в центре — Черняков, у которого с обоими дирижерами были совместные проекты.

С Курентзисом они делали «Аиду», «Макбета», «Воццека» и «Дон Жуана», с Юровским — «Руслана и Людмилу». Бонусы — три показательных монолога, в публикации которых я принимала участие: это эпитафия Курентзиса интенданту Жерару Мортье, комментарии Чернякова к своему «Онегину» перед его парижскими гастролями и лекция Юровского о том, что такое абсолютный слух». Оттуда же: «Теодор Курентзис — афинянин по рождению, сильно обрусевший, в нынешнем качестве художественного руководителя Пермского театра оперы и балета заставивший изумленных западных слушателей, критиков и импресарио крепко выучить, что, кроме Москвы и Петербурга, в России есть другие города.

Дмитрий Черняков — русский европеец, каких немало было в нашей истории, все более отдаляющееся светило, с недоумением взирающее с высоты на оставленные дома неурядицы. Владимир Юровский — породистый эрудит, представитель могучей дирижерской семьи, музыкант московского воспитания и немецкой выучки, шеф статусного Госоркестра с одной стороны и важных европейских институций с другой; много лет он удерживает это непростое равновесие.

Об авторе

Екатерина БИРЮКОВА (1971)

Выпускница музыковедческого факультета РАМ имени Гнесиных, музыкальным критиком работает с середины 1990-х годов. Публиковалась в журналах «Афиша» и «Музыкальная жизнь», газетах «Время новостей», «Известия», «Ведомости», «Коммерсант», на интернет-порталах «Арзамас» и Openspace.ru.

В 2012-2022 была шеф-редактором и обозревателем раздела «Академическая музыка» интернет-портала Colta.ru, в 2017 году получившего премию для молодых музыкальных критиков «Резонанс» как «лучшее СМИ, пишущее об академической музыке и музыкальном театре». В марте 2022 сайт Colta.ru был заблокирован на территории РФ, издание не работало до января 2023.

Преподаватель Международной академии арт-журналистики. Член Ассоциации музыкальных критиков и Ассоциации театральных критиков. Член Экспертного совета фестиваля «Золотая маска» (2004, 2008, 2009, 2010), председатель Экспертного совета (2012, 2016), член жюри (2005, 2013, 2017, 2019, 2022). Постоянный член жюри российской оперной премии Casta diva.

Героиня документального фильма Александра Архангельского и Татьяны Сорокиной «Рубец» (2021) о людях с рассеянным склерозом: заболевание, с которым Екатерина Бирюкова живет почти 20 лет и вопреки которому строит карьеру и заботится о семье.

Из книги

Гастролеры: Гергиев vs. Курентзис

<…> Понятно, что покорение Москвы — одна из первостепенных задач Курентзиса, он сейчас примерно в том же возрасте, в каком ее покорял Гергиев. Которому, в свою очередь, Москва, похоже, уже поднадоела, как капризная, пресыщенная кокетка. Тем не менее Мариинка Гергиева — это международный лейбл, от него не отвернуться. И таким же намерена стать Пермь Курентзиса, говоря про которую (именно в витринно-фестивально-премьерном ее варианте), надо напрочь забыть слово «провинция». Только эти два музыкальных театра в стране сейчас — именные, четко ассоциирующиеся со своими харизматичными худруками. В других есть отдельные проекты, удачи и неудачи, команда, интриги и причудливые изгибы художественной политики. В этих двух — два человека демонической наружности, машущие руками. <…>

Еще, конечно, их роднит непредсказуемость. Плановое ведение оперного хозяйства, которое диктует нынешняя отлаженная мировая фабрика, то и дело терпит крах от соприкосновения с этими двумя неуправляемыми энергиями. То, что любой «домашний» проект может отмениться, сдвинуться, поменяться, — это вообще не вопрос. Но и за пределами домашней вседозволенности никто и никогда с уверенностью не может сказать, успеет ли Гергиев на самолет <…>, возьмет ли Курентзис телефонную трубку (скандал этого сезона — в последнюю минуту случившаяся отмена его выступления на одном из главных Фестивалей современной музыки в Донауэшингене). <…>

Но вообще-то различий у двух маэстро гораздо больше. Гергиев — этакий полководец, мыслящий глобальными свершениями, передвижениями, завоеваниями и не готовый долго задерживать внимание на всяких мелочах (одна из которых — спектакль). Курентзис — пастырь, проповедник, древний афинянин, окруженный учениками, гуру, восседающий в таинственном ритуальном полумраке. Если вокруг Гергиева всегда свита, то вокруг Курентзиса — паства. Курентзис — перфекционист, об изматывающих репетициях которого любят постонать музыканты, тем не менее исправно съезжаясь на них с разных концов света. (22.02.2013, Colta.Ru)

До свиданья, Черняков: Спектаклей самого знаменитого оперного режиссера страны в самой стране не остается

В то время как имя режиссера Дмитрия Чернякова становится все более своим для мировых оперных площадок первого ряда (только за последние два месяца — дебют в Мет, открытие сезона в Ла Скала), из России оно постепенно исчезает. То есть само-то имя — уже больше десяти лет являющееся одновременно символом надругательства и надежды — пока на слуху. Но реальность такова, что в России из работ Чернякова смотреть нечего. <…>

Завтра в Большом в последний раз покажут «Онегина», легендарный спектакль, украшенный скандалом с участием Галины Вишневской при его рождении в 2006 году и с тех пор служивший визитной карточкой Большого театра и его прежнего руководства во всем мире. Это самый тиражный спектакль Чернякова, он прошел чуть не сотню раз, побывал в Риге, Париже, Токио, Милане, Любляне, Пекине, Лондоне, Мадриде, Афинах, Тель-Авиве, наполучал призов, записан на DVD. В общем, грех жаловаться, хорошо пожил.

Но в том-то и дело, что, казалось, именно этот спектакль Чернякова, в отличие от остальных, становившихся скорее одноразовыми имиджевыми проектами для побед на «Золотой маске», будет всегда. <…> Тем не менее с «Онегиным» в Большом театре прощаются — не навсегда, но на неопределенное время. Официальная версия такая: спектакль все-таки поистрепался, его автор таким положением вещей недоволен, но со своими ла скалами не может вырваться и им заняться. Так что пусть спектакль отдохнет годик-другой, а потом Черняков обещал вернуться и найти время для его восстановления. Как раз на этот случай имеется красивое цивилизованное слово revival.

То есть слезы лить рано. Но осадок есть. Ни в какие ревайвлы у нас в России не верят. Так что как бы то ни было, но именно уход последнего черняковского названия маркирует новую эпоху в Большом театре. (Colta.Ru, 11 февраля 2014)

Музыковедение с человеческим лицом: Владимир Юровский повернулся к публике

Хоть филармонический сезон официально еще не завершен, роскошный финальный аккорд сыгран. Три программы цикла «Дирижирует и рассказывает Владимир Юровский», прошедшие в зале Чайковского («Страшные сказки», посвящение Мейерхольду, «Сон в летнюю ночь» – «МО»), — это революция, новая точка отсчета и попросту чудо, в которое сложно поверить. Несмотря на участие Госоркестра, хоров и солистов (основной удар взял на себя бас Максим Михайлов), это были совсем не концерты и, в общем-то, не просветительские лекции в жанре «просто о сложном», не самолюбовательные энциклопедические россыпи, а этакие лихо вкрученные, концептуально выверенные научно-исследовательские работы. Каждая, в принципе, тянула на диссертацию. И за ними, затаив дыхание, следил полный зал – это самое невероятное.

Без скидок, без сюсюканья, предельно честно проговаривая внутрицеховые детали, Юровский сумел преподнести свою «музыковедческую археологию» так, будто ничего нет на свете увлекательнее. Конечно, в бэкграунде у него —великие дирижеры-говоруны Бернстайн и Рождественский. И еще вдруг вспоминается Юрий Михайлович Лотман. Вот представьте: если бы Лотман умел дирижировать и играть на клавесине… (13.06.2013, Colta.Ru)

Материалы номера «Книги журналистов» подготовили:
Кей БАБУРИНА, Павел РАЙГОРОДСКИЙ, Екатерина РОМАНОВА, Андрей УСТИНОВ

«Музыкальное обозрение» в социальных сетях