Заметки на полях XVI Международного конкурса имени П.И. Чайковского

По струнам, клавишам и клапанам
Заметки на полях XVI Международного конкурса имени П.И. Чайковского
Фото предоставлено пресс-службой Междунарого конкурса им. П.И. Чайковского

Легким щеголем блеснул, ярким метеором стремительно промчался (с фанфарами, арпеджио, руладами, фиоритурами и пиццикато) — и исчез за горизонтом очередной конкурс имени Чайковского. Какой же след он оставил в умах, сердцах, матрицах, соцсетях, на сайтах, электронных носителях и в истории?

«Музыкальная Олимпиада»

В 2018 конкурс отметил 60-летие. Наверное, подарком к юбилею некогда одного из самых значительных состязаний музыкантов было бы проведение XVI конкурса в год юбилея. Однако это уже даже не мечты. В середине нулевых конкурс был сдвинут и «смодулировал» из года чемпионата мира по футболу в следующий за ним нечетный. И изначальная 4-летняя периодичность нарушилась. А ведь какая потрясающая могла бы получиться картина: 2014 — Конкурс Чайковского и вслед Олимпиада в Сочи, 2018 — Конкурс Чайковского и за ним всемирный Футбольный форум! Увы, не случилось, не срослось…

В 2019 исполнилось 10 лет «перезагрузки» состязания. После того как в 1990-х – 2000-х конкурс увяз в проблемах и утратил свой престиж (вплоть до того, что был на время исключен из WFIMC), бразды правления были переданы Валерию Гергиеву. Благодаря его активной деятельности, включению в состав жюри именитых музыкантов — в основном друзей и сценических партнеров маэстро, а также крупным финансовым вливаниям государства (300-500 млн. руб.), конкурс вновь обрел определенный резонанс в мире. Но к тому времени музыкальные конкурсы вообще стали меркнуть как явление международной музыкальной жизни. Кризис, господа музыканты!

В 2011 Гергиев фактически единолично управлял конкурсом. При подготовке к следующему состязанию образовался его тандем с вице-премьером Ольгой Голодец (оба стали и до сих пор являются сопредседателями Оргкомитета). В год 175-летия П.И. Чайковского (2015) конкурс преподносился  как главное событие «Года Чайковского», его финансирование было выделено отдельной, и немалой, строкой в Постановлении Правительства РФ о подготовке к юбилею «нашего музыкального всего».

Не случайно В.А. Гергиев призывал объединить усилия по празднованию 175-летия Чайковского и проведению конкурса Чайковского. «Совместив это вместе с 70-летием Победы, мы сделаем мощнейший творческий выстрел на весь мир», — говорил тогда маэстро. А Конкурс Чайковского № 15, состоявшийся через год после Олимпиады в Сочи, называли ни больше ни меньше как «Музыкальной олимпиадой».

В общем, стрельнули и пальнули во всю мощь!

Музыкальный футбол

Конкурс № 16 шел «прицепом» к другому могучему спортивному локомотиву — чемпионату мира по футболу-2018. Организаторы не скрывали, что ЧМ-2018 взят ими за образец.

Вот что сообщил член Оргкомитета, генеральный директор Российского национального музея музыки Михаил Брызгалов:

«На заседании Оргкомитета Конкурса имени Чайковского в конце прошлого года Ольгой Юрьевной Голодец было дано несколько поручений, направленных на популяризацию конкурса и применение новых организационных моделей. Конкурс пройдет во многом по правилам, которые уже отработаны на успешно прошедшем в России Чемпионате мира по футболу. Эти принципы, успешно примененные там, будут применены теперь и в организации музыкального состязания. Fan-ID (паспорт музыкального болельщика), специальный визовый режим для иностранных участников и гостей, а также специально организуемые фан-зоны

Вероятно, в музыкально-футбольном альянсе сыграло роль то, что в нынешнем составе правительства О.Ю. Голодец курирует вопросы и культуры, и спорта. Возможно, сказались ее футбольные гены: родной дядя вице-премьера, Адамас Соломонович Голодец, был знаменитым футболистом и тренером московского «Динамо».

В общем, поженились Спорт и Музыка, породнились.

Можно только еще раз пожалеть, что ЧМ и КЧ прошли в разные годы. А ведь могли бы еще более мощным залпом выстрелить, плечом к плечу колонной пройтись по стране, и даже открыться вместе на 80-тысячной арене «Лужников»!

Но, Увы и Ах…

Событием государственного, политического, планетарного масштаба и значения, каковым он был в СССР (тогда судьба первых премий подчас решалась чуть ли не на уровне ЦК КПСС), конкурс так и не стал. Теперь уже и не станет. Эпоха не та. Не Оттепель. Нельзя войти дважды в одну реку. И в прошлое — во времена всеобщего ликования по поводу запущенных спутников, фестивалей молодежи и студентов и побед наших музыкантов в схватках с зарубежными сверстниками — не вернуться.

Сегодня интерес СМИ к Конкурсу Чайковского невелик. В топ-5 поисковиков Yandex и Google он не попал ни разу. Дневники конкурса некогда были часовыми, 45-минутными. Теперь же остались 15-минутные сюжеты на канале «Россия–К» — единственном оставшемся на российском ТВ культурном заповеднике.

С другой стороны, в огромной России другого такого конкурса нет. В маленькой Польше их минимум 4 (пианистов имени  Шопена и Падеревского, скрипачей имени Венявского, вокалистов имени Монюшко). Не говоря уж о Германии, Италии, США, Японии.

Центральные каналы, главные информагентства конкурс фактически проигнорировали. Первые лица своим присутствием — тоже…

Путин и Конкурс Чайковского

За 19 лет XXI века В. Путин был почти на всех конкурсах (кроме 2007). В 2002 он присутствовал на церемонии награждения, сидел рядом с председателем Оргкомитета Т.Н. Хренниковым. В 2011 был на открытии (в качестве премьер-министра). В 2015 — на гала-концерте в Москве: тогда В. Гергиев держал всех, и президента в том числе, в Большом зале консерватории три с лишним часа без антракта, и люди из сопровождения президента готовы были в какой-то момент остановить эту нескончаемую музыкальную стихию.

На этот раз В. Путин вспомнил о предстоящем конкурсе в мае на совещании в Кремле и спросил, «есть ли среди членов жюри российские музыканты».

О. Голодец с гордостью сообщила, что «жюри представлено всеми странами мира» и перечислила всех поименно, начав с Дениса Мацуева, который возглавляет жюри по фортепиано.

«Состав жюри абсолютно звездный, надеемся на абсолютную объективность. Мы в этом заинтересованы так же, как вся мировая общественность, — подчеркнула вице-премьер. — Мы ожидаем, что будет очень серьезный конкурс. Очень важно, кто представляет жюри, поскольку представительное жюри гарантирует объективное проведение конкурса.»

Что ж, В. Гергиеву и вправду удалось собрать выдающийся состав жюри. В него вошли крупнейшие музыканты современности, выдающиеся личности — исполнители и педагоги. В Москву приехал 95-летний пианист Менахем Пресслер, который стал старейшим членом жюри Конкурса имени Чайковского за всю его историю. Жюри конкурса скрипачей возглавил директор фестиваля в Вербье Мартин Энгстрем (в 2011 и 2015 он входил в жюри состязания пианистов), во второй раз в жюри заседал Мартин Хефлигер, директор и худрук Люцернского фестиваля. Председатель жюри у виолончелистов — Клайв Гиллинсон, художественный руководитель-директор Карнеги холла. Так что лауреатов-скрипачей и виолончелистов вскоре можно ожидать на этих музыкальных форумах и сценах. Как и участников состязания вокалистов — в ведущих оперных домах мира, поскольку значительную часть судейской коллегии составили представители ведущих театров и известные менеджеры. При таком составе жюри действительно нет никаких оснований говорить даже о малейшей необъективности. Тем более система оценок «да – нет» — оптимальная.

На самом конкурсе В. Путин не появился. Ни на открытии, хотя был в Москве; ни на гала-концертах, поскольку в эти дни находился в Осаке на встрече лидеров G20. Все знают, что график президента формируется на месяцы и годы вперед. Сроки проведения международных форумов также известны как минимум за год.

Быстро, быстрее, еще быстрее…

В целом же конкурс был превосходно организован. В этом заслуга проводящей организации — ФГУП «Росконцерт» и его генерального директора Андрея Малышева, под чьим руководством состязание уже второй раз подряд прошло без сучка и задоринки.

После прошлого конкурса А. Малышев возглавил Департамент  государственной поддержки искусства и народного творчества Министерства культуры РФ. А прошлой осенью приказом министра вернулся в «Росконцерт», фактически спасать предстоящий XVI конкурс Чайковского. И вновь блестяще справился с поставленной задачей.

И это невзирая на то, что еще зимой и даже ранней весной информация о предстоящем состязании была крайне скудной, а финансирование, по сведениям «МО», начало поступать чуть ли не в мае.

Конкурс прошел в рекордно, можно сказать — ударно короткие сроки. Фактически управились за 10 дней — с 18 по 27 июня, плюс концерт в день открытия 17 июня и два гала-концерта лауреатов 28 и 29 июня: такого никогда не было. Прежде, в ХХ веке, состязание проходило около месяца. Ныне темпы жизни, конечно, совершенно другие. Многие участники переезжают с конкурса на конкурс в спринтерском темпе, концертные графики членов жюри тоже очень плотные. И месяц жить в Москве, слушать по 60 и более участников в первом туре… В общем, по компактности и по лимитированному видеоотбором количеству участников все было сделано верно.

Всего на конкурс был отобран 231 человек: 25 пианистов, по 24 скрипача и виолончелиста, 60 вокалистов (по 30 мужчин и женщин), 48 исполнителей на деревянных духовых и 48 — на медных духовых инструментах. Во второй прошло 14 пианистов, по 12 скрипачей и виолончелистов, 20 вокалистов, 17 исполнителей на деревянных духовых и 16 — на медных.

К финалу были допущены 7 пианистов, по 6 скрипачей и виолончелистов, по 8 представителей духовых специальностей (деревянные и медные инструменты), 9 вокалистов (5 женщин и 4 мужчин).

Конкурс прошел на удивление мирно и спокойно, без скандалов. Случаев, подобных конфликту М. Горенштейна и Н. Ахназаряна в 2011, к счастью, не было. Единственный случай, попавший в новостные ленты, произошел с китайским пианистом Ань Тяньсю на III туре, когда по вине то ли диктора, то ли еще чьей-то (а может быть, это был заговор международного империализма против 1,5-миллиардного «китайского дракона»?) был перепутан порядок исполняемых концертов. Пианист приготовился играть Концерт Чайковского, оркестр же грянул Рапсодию на тему Паганини.

Маленькая, но все-таки сенсация.

Ну да будет что вспомнить.

«Два берега одной реки»

Старожилы с ностальгией вспоминают времена, когда Конкурс Чайковского представлял собой жесткий кристалл: проводился в одном городе, всегда по одним и тем же специальностям, исторически и фактически был детищем Московской консерватории…

Теперь же конкурс распределен по двум городам — Москве и Санкт-Петербургу. Москвичи будто вернулись на 61 год назад, когда первый конкурс проводился по двум специальностям — фортепиано и скрипке. Но сегодня москвичам не хватает былого настроя, не хватает виолончелистов и певцов. Более того. В. Гергиев, 10 лет назад пробивший эту идею, несмотря на резонные возражения музыкальной общественности, сделал Питер фактической столицей конкурса: 5 специальностей, 181 участник, 7 залов. Москва — 2 специальности, 4 зала, 50 участников. Но питерцы лишены главных специальностей — фортепиано и скрипки.

Дела духовые

Благодаря введению духовых специальностей (деревянных и медных) состязание нынче изрядно «раздулось». Теперь специальностей 6, инструментов — 11. Правда, премии у духовиков распределялись не на каждый инструмент, а на всю группу.

С чего бы вдруг В. Гергиев обратил внимание на духовые инструменты? Очевидно, что идея подъема хорового дела, сводных 1000-голосных детских хоров, хоровых олимпиад, внедрения хоров по всем городам и весям себя исчерпала. Интерес к ней явно пропал. Но «свято место пусто не бывает». И вот одно начинание скрепляюще-патриотической направленности сменилось другим. В 2016 было образовано духовое общество. Его возглавил Валерий Халилов, а после его трагической гибели — Михаил Брызгалов, гендиректор Российского национального музея музыки, по музыкальной специальности — трубач.

Включив состязание духовиков в Конкурс имени Чайковского, В. Гергиев решает и прагматическую задачу —  поиск, пополнение и удержание хороших молодых духовиков в своей империи, распростершей свои музыкальные крылья от Санкт-Петербурга до Владивостока, от Владикавказа до Репино — и везде как воздух нужны духовики. Пусть далеко не все они дошли до финала, смотрины состоялись.

И вообще проведение конкурса Чайковского по духовым специальностям — начинание полезное. Это и популяризация духовых инструментов, и безусловный плюс для развития российской школы духового исполнительства (учитывая дефицит духовиков и в вузах, и в оркестрах). Но надо ли было подтягивать его к конкурсу Чайковского? Не логичнее было бы провести его отдельно по духовым специальностям, в другие годы, как это происходит на конкурсах в Женеве или ARD в Мюнхене?

Тем более что в финале конкурса им. Чайковского надо было обязательно играть Чайковского. Но Петр Ильич специально для духовых не написал ни одного сочинения, а исполнение переложения скрипичного концерта на флейте, арии Ленского на тромбоне или IIчасти Квартета № 1 на тубе трудно было воспринимать без улыбки.

Даешь чемпионат мира по музыке!

Резерв специальностей огромный. Дирижирование — ведь Петр Ильич дирижировал, и даже открывал в этом качестве Карнеги-холл. Хоровое пение — Петр Ильич написал много хоровой музыки. Композиция — все же он был композитором. А как прекрасно звучит Арфа в произведениях Чайковского! А Балет — ну что еще смотреть в дни траура по вождям, как не «Лебединое озеро»! (Да и труппы всех Мариинских сцен пополнять нужно, и Вагановку приблизить) А Квартеты? А Трио?

А есть еще баянисты, балалаечники, контрабасисты, альтисты, гитаристы, гусляры, музыковеды, ОРНИ…

И аранжировщики надолго будут обеспечены делом: перекладывать произведения П.И. Чайковского для каждого инструмента — работа хлопотная. Но «долгоиграющая».

Так что давайте и дальше расширять масштабы и географию!

А что если и каждый тур по каждой специальности проводить в отдельном городе? Например, первый тур по фортепиано — во Владивостоке на сцене Мариинки-4, второй тур во Владикавказе в Миринке-5, третий тур — в Питере в Мариинке-2 или -3.

У скрипачей первый тур провести в Репино, второй — в Москве, третий в Саратове.

Виолончелистов пригласить на первый тур в Сочи, на второй в Кисловодск, на третий — в Воронеж… И далее по списку.

Велика Россия: 17 125 191 кв. км от Тихого океана до Балтики и от Северного Ледовитого — до Каспия. Всем место найдется.

Фан-(томные)-зоны

Know how прошедшего конкурса были объявлены фан-зоны, по аналогии с ЧМ-2018 по футболу. Но понятие Fan Zone пришло из шоу-бизнеса и имеет отношение к спорту, концертам рок- и поп исполнителей, но никак не к академической музыке. Fan Zone — это танц-пол непосредственно перед сценой, чтобы наиболее фанатичные поклонники могли попрыгать, поорать и побеситься в непосредственной близости от кумира.

Так что называть фан-зоной виртуальные залы в филармониях, музыкальных колледжах и т.п., где собиралось несколько дам «постбальзаковского» возраста, помнящих если не Вэна Клайберна, то уж А. Гаврилова с М. Плетневым точно (подобные картинки можно было наблюдать в Дневниках конкурса на телеканале «Культура»). Как и открытые площадки перед филармониями (например, в Красноярске). Как и в Клину. Со всякого рода развлекательными и завлекательными программами, чипсами, пивом, попкорном и сухариками.

А тебя записали в лауреаты?

В один из ранневесенних дней один наш коллега, проснувшись и по обыкновению включив в кровати ноутбук, не поверил своим глазам: оказывается, Конкурс Чайковского уже идет! А что еще он мог подумать, прочтя новость о том, что в ДШИ им. Кусевицкого г. Вышнего Волочка Тверской области прошел этап конкурса Чайковского. Директор ДШИ с гордостью сообщает: «В таком масштабе конкурс проводится впервые. Дети, который участвуют в этом конкурсе, это дети, участвующие в различных номинациях: скрипка, фортепиано, вокал. Мы будем вести видеозаписи выступлений детей, а жюри потом отберет победителя. Видеозаписи будут отосланы в Тверь. На основании множества таких видеозаписей, которые пройдут и в других муниципальных образованиях, победители будут направлены в Москву и Санкт-Петербург».

И действительно, из разных регионов стали поступать сообщения о проведении XVI Международного конкурса имени Чайковского! Рядовые любители музыки в тревоге и недоумении, а кто-то и в шоке, стали звонить в редакцию «МО»: что, уже и лауреаты объявлены?

Пришлось им объяснять, что приказом Министерства культуры РФ был объявлен Конкурс среди учащихся ДМШ и ДШИ по специальностям «фортепиано», «скрипка», «виолончель», «вокал», «духовые инструменты» в рамках проведения в 2019 г. XVI Международного конкурса имени П.И. Чайковского (с приказом и Положением о проведении Конкурса можно ознакомиться по ссылке http://somc.ru/wp-content/uploads/2019/01/Polozhenie-o-detskom-konkurse-im.-CHajkovskogo.pdf).

Конкурс изнутри

Был отменен предварительный очный отбор (4 года назад он проходил непосредственно перед конкурсом среди тех, кто прошел отбор по видеозаписям). В результате членам жюри пришлось принять и просмотреть 954 заявки из 58 стран (в 2015 году поступило 630 заявок). Конечно, такому количеству желающих поучаствовать XVI конкурс Чайковского «обязан» духовикам.

Вероятно, в какой-то момент нужно было установить лимит (например, на многих конкурсах объявляют, что принимается не более 100 заявок). Как рассказал член жюри среди пианистов Борис Петрушанский, в последний день, даже ночь, пришло больше видеозаписей, чем весь за предыдущий период подачи заявок.    

Незадолго до конкурса Гергиев объявил, что все члены жюри будут работать на всех трех турах, от звонка до звонка. Об этом было заявлено как о know how. Но скорее know how была ситуация на прошлых конкурсах (2011 и 2015), когда кто-то из членов жюри приезжал только на третий тур или уезжал после первого. За это конкурс справедливо критиковали, и сейчас это было отменено. Полноценное участие всех членов жюри в работе конкурса — не достижение, не открытие и не новшество, а правило, существующее на всех серьезных состязаниях.

По мнению специалистов, не нужно было отказываться от второго этапа второго тура, на котором пианисты и скрипачи играли с камерным оркестром концерт Моцарта, а виолончелисты — Гайдна. Это дало свою экономию: и по времени, и по финансам (не нужно было оплачивать участие камерных оркестров). Но венская классика — лакмусовая бумажка, оселок, на котором проявляются как достоинства, так и недостатки исполнителя. Его зрелость, уровень мастерства, глубина понимания музыки. При этом скрипичное жюри приняло решение включить концерт Моцарта в финал как обязательный, лишив финалистов возможности проявить себя в романтическом (в широком смысле) репертуаре: выпали концерты Бетховена, Мендельсона, Паганини, Брамса, Сибелиуса, Глазунова, Прокофьева, Шостаковича… Вовсе не оспаривая результаты состязания скрипачей, можно предположить, что при прежних условиях они могли быть и другими.

На этот раз на конкурсе не было обязательных произведений, их не заказывали современным композиторам. И вообще современная музыка почти не звучала.

Отдельная тема — массовое участие в конкурсе российских музыкантов поколения 30-летних, «обремененных» многочисленными конкурсными наградами, сонмом поклонников, фактически уже сложившихся артистов: пианистов Ф. Копачевского, А. Гугнина, А. Тарасевича-Николаева, Д. Шишкина, скрипачей С. Догадина, А. Притчина… Кстати, и на прошлом конкурсе было немало «ветеранов», завоевавших немало престижных премий, в т.ч. и на конкурсе Чайковского: пианисты Д. Онищенко, А. Коробейников, А. Гугнин (а еще в тот раз не прошли предварительный отбор Ю. Фаворин, Н. Мндоянц, А. Лубянцев); скрипачи Г. Казазян, П. Милюков, С. Поспелов; виолончелист А Бузлов…

Зачем это им? Зачем это Конкурсу? Ведь если каждый тур рассматривать как сольный концерт, то у этих исполнителей таких концертов в БЗК и КЗЧ уже десятки. Желание получить серьезные премии? Вновь, для кого-то в крайний раз, ощутить дух, ажиотаж конкурсной борьбы? Для кого-то — взять реванш за предыдущие неудачи на этом состязании? Доказать что-то, известное только им? Получить ангажементы? И как один из главных стимулов — «засветиться» на канале Medici.tv? Собственно, ответы кроются в самих вопросах.

Как бы то ни было, никто из названных пианистов, за исключением Шишкина, в герои конкурса не попал. Может быть, они просто не вписались в конкурсную атмосферу, в которой более естественно ощущали себя молодые и азартные конкуренты, компенсируя недостаточную художественную зрелость жаждой борьбы и премий?

А С. Догадин и А. Притчин, получив заслуженные награды, возможно, оставили без премий тех, кому эти премии и ангажементы были бы сегодня нужнее. Тем более что они уже имеют призы XIV конкурса Чайковского, прошедшего в 2011: Догадин — вторую премию (первая не была присуждена), Притчин — диплом.

Надо отдать должное жюри. Итоги состязаний не вызвали сомнений, объективно были справедливы — в отличие от многих прошлых конкурсов. К примеру, у скрипачей С. Догадин был фаворитом с самого начала и получил «законную» первую премию. А у пианистов, где было много приблизительно равных конкурентов, победил тот, кто лучше проявил себя именно в финале: А. Канторов. Кстати, впервые за 60 лет состязание пианистов выиграл участник, исполнивший Второй, а не Первый концерт Чайковского (вероятно, профессор Парижской консерватории Рена Шерешевская очень любит этот концерт: на прошлом конкурсе его играл в финале другой ее ученик, Люка Дебарг —Первый он просто не осилил. Но хотя Дебарг получил только 4-ю премию, у москвичей сложилось устойчивое ощущение, именно он — первый, а не Д. Маслеев.)

Трансляционный ажиотаж

Один из трендов конкурса — online на канале Medici.tv. Контракт с ведущим мировым каналом, транслирующим события в мире академической музыки, в разы повысил популярность конкурса во всем мире. В 2015, по подсчетам организаторов, было 10 млн. просмотров. В этом году — 15 млн. более чем в 190 странах (при том, что конкурс длился на 6 дней меньше). Правда, оригинальных IP-адресов всего 2 млн., но и это много.

В наши дни происходит переосмысление традиционных форм бытования музыки. Структура любого музыкального события, будь то конкурс, фестиваль, филармонический абонемент или отдельный концерт, все чаще обретает черты мультимедийности, направлена на привлечение и завлечение публики с помощью дополнительных элементов: света, слова, антуража, оформления сцены и пространства зала, фойе. Музыка и исполнитель уже не являются безусловными центрами внимания, как это было в веке ХХ.

Онлайн-трансляции — одна из таких новейших форм распространения музыкального события. Очень удобная для зрителей: можно остановить трансляцию, выйти погулять с собачкой, сварить кофе, а потом вернуться к компьютеру. Можно переслушать понравившегося участника, сравнить интерпретации одного и того же сочинения пианистом N и пианистом NN. Можно послушать комментаторов и приглашенных экспертов. А можно и не слушать, если ни не нравятся.

Но те, кто побывал на прослушиваниях, утверждают (и справедливо), что экран дает совершенно иную картину. И эта картина не совсем объективна, порой обманчива. На экране все выглядит дистиллированным. Видеооператор выхватывает красивые планы, руки, эмоциональное выражение лица. Мастерство звукорежиссера выравнивает звук, скрывает и «зачищает» недостатки, но при этом и «омертвляет» исполнение. Трансляция не в состоянии в полной мере передать атмосферу зала, его дыхание. То, что слышно в трансляции, зачастую не слышно в зале, и наоборот. В результате создается искаженное впечатление, и приходится удивляться: как это жюри не отметило «гениальное» исполнение? Но ведь жюри воспринимает исполнителей совсем иначе, нежели слушатель у экрана компьютера. Это же можно сказать и о концертных менеджерах, делающих выводы о том, стоит ли приглашать того или иного участника. А потом, услышав живьем «звезду» и кумира онлайн-трансляции, удивляешься тому, какой он обыденный и прозаичный.

Но, разумеется, для молодых музыкантов появление на Medici.tv — большие смотрины. Важнейший момент в начинающейся творческой биографии. Шаг на пути к элите, к престижным залам и ангажементам.

Более того: с тех пор как конкурс стал транслировать канал Medici.tv, к нему начали проявлять интерес и дирижеры, в том числе именитые. Василий Петренко дирижировал Госоркестром на III туре пианистов с неподдельным увлечением: ведь камера показывала на его весь мир! То же можно сказать и о титулованных Юрии Симонове (его оркестр Московской филармонии аккомпанировал скрипачам) и о Николае Алексееве (ЗКР АСО под его управлением сопровождал выступления виолончелистов).

Что же говорить о менее известных широкой публике, тем более в мире, дирижерах Мариинского театра.

И это тоже работает на престиж конкурса.

Пресс-центр: сегодня и вчера

Пресс-центр (руководитель Анна Яковлева), как и все структуры конкурса, работал четко и слаженно.  Возможно, кому-то не хватало аналитических материалов. Трудно сказать, так ли уж оно жизненно необходимо сегодня по сравнению с конкурсами 15–20-летней давности. Но в то время, на рубеже веков, когда пресс-центр работал на основе редакции газеты «Музыкальное обозрение», этой стороне уделялось особое внимание. Не просто статистике, а подробнейшей аналитике буквально по всем параметрам, что было одним из важнейших достижений в работе конкурса. Эти статистические и аналитические выкладки, как стенограммы брифингов и творческих встреч с членами жюри (пианистами Л. Наумовым и Б. Анжерер, скрипачами Э. Грачом и М. Фришеншлагером, виолончелистами Н. Шаховской и Д. Герингасом), публиковались на страницах «МО», а затем были суммированы в книге «Международный конкурс имени П.И. Чайковского. 1994–2011», вышедшей в 2014 в «Библиотеке “МО”» — по существу, уникальном учебнике конкурсного дела.

На нынешнем этапе конкурса, в его современном формате, «МО» продолжило свою аналитическую работу, теперь уже на полях Конкурса им. Чайковского, в рамках Конференций директоров музыкальных конкурсов (2011, 2015, 2019). Гостями конференций и участниками творческих встреч были художественные руководитель конкурса Ричард Родзинский (2011) и Петер Гроте (2015), крупнейший специалист конкурсного дела Густав Алинк, члены жюри. В нынешнем году почетными гостями конференции были члены жюри Борис Петрушанский (фортепиано) и Дмитрий Ситковецкий (скрипка), генеральный директор канала Medici.tv Эрве Буасьер, руководитель пресс-центра Конкурса им. Чайковского и пресс-секретарь Мариинского театра Анна Яковлева.

Еще одна особенность работы пресс-центра в конце 90–х – начале 2000-х:  плотные контакты со СМИ, причем не только московскими. Приглашались и журналисты из провинции, с тем чтобы почувствовать атмосферу конкурса как национального культурного события, проникнуться ею и подробно осветить состязание, продвигая информацию о нем по всей стране. Но тогда была совсем иная информационная ситуация. И страна была другой! Сегодня, в эпоху интернета, при возможности в любой точке посмотреть прямую трансляцию с конкурса, в этом уже, очевидно, нет необходимости. Если уж телевидение ограничивается 15-минутным обзором… Зато соцсети заполнены комментариями (правда, в большинстве своем мало профессиональными, основанными на сиюминутных эмоциях).

Так что при отлично организованной работе пресс-центра, оснащенного по последнему слову техники, фактически не пресс-центр, а Medici.tv сформировал медийное лицо конкурса, определил его жизнь и во время, и после состязания. Фиксировались не только все выступления, но и все остальные ключевые моменты: концерт открытия и гала-концерты, объявление результатов каждого тура, церемония награждения — вся самая оперативная информация. Канал работал как информационное агентство. Как публичный пресс-центр, выдавая в эфир и микро-релизы, и сиюминутные аналитические обзоры от ведущих и их гостей в паузах между выступлениями. Хотя многим не нравилась манера ведения (зачастую легкомысленная, а порой и глуповатая, «ни о чем»), дежурные улыбки и интонации — скорее в формате американских шоу, кинотрансляций опер и балетов, а не конкурса. Все это вступало в противоречие с форматом академического музыкального продукта, но — повторяем — таков нынешний общепринятый стиль подачи событий, диктуемый законами маркетинга, рынка, менеджментом Medici.tv.

Послесловие и послевкусие

Что же оставил после себя XVI международный конкурс имени П.И. Чайковского?

Такое ощущение, что все получили то, что хотели.

Лауреаты получили вожделенные премии.

Кстати, церемония вручения впервые прошла отдельно от гала-концертов, в Доме Пашкова. И это правильное решение. Тем более что и этот эпизод конкурса был смоделирован под телетрансляционный формат и встроен в общую концепцию.

Музыкальный мир получил порцию ярких впечатлений и еще одну когорту ярких молодых музыкантов, уже известных или еще незнакомых, которым конкурс открывает новые пути. Они вошли в историю, и о многих из них мы еще услышим. Их ждут концертные сцены. Спасибо В. Гергиеву за то, что возит победителей по городам и весям, давая им неплохие ангажементы с Мариинским оркестром. Но его выгода не менее велика: ведь договариваться с молодыми в разы легче, чем с топ-исполнителями.

Правда, вряд ли они будут выступать в том же формате, что и на конкурсе. Что бы ни говорили, а конкурс — это в первую очередь состязание: характеров, сил, азарта. «Citius, Altius, Fortius!». 2-й Чайковского и 2-й Брамса — куда уж быстрее, выше и сильнее! Это нагрузка, действительно сравнимая с тяжелейшим профессиональным спортом.

У концертной жизни иная специфика: в ней должны превалировать  искусство, творчество, художественные впечатления и переживания. И играть два сложнейших произведения с оркестром за один вечер — большая редкость, если только это не попытки «впихнуть» в программу и в слушателей все концерты Бетховена, Рахманинова, Чайковского или Прокофьева. Хотя это уже из области другого искусства.

В.А. Гергиев — выполнил все свои планы, практически окончательно перевел конкурс в свой город. И Гран-при он вручал в Петербург, по окончании заключительного гала-концерта, в Мариинке-2. Сам же Гергиев единолично определяет лучшего из лучших среди обладателей первой премии и подобно абсолютному и полновластному монарху, вручает главный приз, самую почетную награду конкурса (а это ни много ни мало $ 100 000 вдобавок к I премии размером $ 30 000), в своей резиденции. И хотя маэстро вряд ли мог вживую услышать всех первых призеров в ходе конкурса (в эти июньские дни у него каждый день были спектакли и концерты на фестивале «Звезды белых ночей», а 29-го, в день заключительного гала, Гергиев успел днем продирижировать премьерой «Тангейзера» — а спектакль идет 4 с лишним часа!), сделать это и принять решение технически ему было очень просто: Medici.tv. был ему в помощь.

Послесловие-2

Пролетит еще 4 года, и наступит 2023 — год следующего конкурса.

Его планируется объявить в России Годом музыки.

К тому же это будет год 150-летия С.В. Рахманинова и 70-летия В.А. Гергиева.

Мы говорим Гергиев — подразумеваем конкурс Чайковского.

Мариинский театр и всю Мариинскую Империю, от Владикавказа до Владивостока.

Пасху и Пасхальный фестиваль, Чайковского, Прокофьева, Стравинского.

А теперь и Рахманинова.

Что ж, будем ждать.

Осталось недолго: всего 4 года.

Опубликовано МО № 8 (451) 2019 | Павел РАЙГОРОДСКИЙ, Андрей УСТИНОВ

В оформлении материала использованыфотоработы  Андрея Устинова