100 лет с отплытия «философского парохода»

100 лет с отплытия «философского парохода»
Пароход «Обербургомистр Хакен». Архивное фото

100 лет назад, 29 сентября 1922 от Петроградского причала отошел пароход «Обербургомистр Хакен» – первый «философский пароход», увозивший за границу представителей российской творческой интеллигенции: ученых, врачей, деятелей культуры, которых посчитали противниками советской власти.

«Философский пароход» – собирательный термин, обозначающий операцию советских властей по высылке за границу или в отдаленные регионы РСФСР деятелей науки и культуры в 1922-1923. Термин ввел С. С. Хоружий, опубликовавший в двух номерах «Литературной газеты» в 1990 статью с таким названием. Пароходные рейсы Oberbürgermeister Haken (29-30 сентября 1922) и Preussen (16-17 ноября 1922) доставили из Петрограда в Штеттин (Германия) 81 высланного представителя интеллигенции. Высылки также осуществляли на пароходах из Одессы и Севастополя и поездами из Москвы в Латвию и Германию. Точное число высланных неизвестно, судя по всему, речь идет о нескольких сотнях людей.

Профессор И. А. Ильин и князь С. Е. Трубецкой). Рисунок И. А. Матусевича, выполненный на борту "философского" парохода, 1922 г.
Профессор С.Л. Франк с детьми. Рисунок И. А. Матусевича, выполненный на борту "философского" парохода, 1922 г.

Этой операции непосредственно предшествовали два события. Первое – разгром «Помгола» – Всероссийского общественного комитета по борьбе с голодом, поразившим часть территории России в 1921. В состав комитета входили ученые и общественные деятели, в частности, М. Горький, К. С. Станиславский, А. М. Эфрос. Комитет был наделен широкими полномочиями: правами образовывать свои отделения на местах и за рубежом, приобретать в России и за границей продовольствие, фураж, медикаменты, распределять их среди голодающих. Организация чувствовала себя достаточно самостоятельной, чтобы на собраниях обсуждать и критиковать советскую власть. «Помголу» удалось установить дипломатические отношения с капиталистическим миром (старые «общественники», представители русской науки, литературы, культуры, были хорошо известны на Западе и активно участвовали в организации помощи голодающим в 1891) и получить помощь, которую западные страны не хотели предоставлять советскому правительству. 21 августа 1921 в Риге было подписано соглашение о поставке продовольствия и медикаментов с представителем Американской организации помощи (АРА), возглавляемой Гербертом Гувером. 27 августа «Помгол» был объявлен антисоветской террористической организацией и ликвидирован, участники арестованы. Помощь от АРА продолжала поступать в Советскую Россию до лета 1923.

Второе событие – забастовки профессоров и преподавателей университетов. В сентябре 1921 был принят первый устав советской высшей школы «Положение о высших учебных заведениях РСФСР», резко ограничивший университетские права и свободы. Московская профессура собиралась в помещении Консерватории, на Большой Никитской, обсуждалась тактика сопротивления, составлялись и отправлялись петиции в правительство. Весной 1922 преподаватели Московского высшего технического училища (ныне МГТУ им. Баумана) начали забастовку, требуя соблюдения «университетской автономии».

«…Уволить 20-40 профессоров обязательно. Они нас дурачат. Обдумать, подготовить и ударить сильно». (Записка В. И. Ленина Л. Б. Каменеву и И. В. Сталину 21 февраля 1922. // Ленин В. И.. Полное собрание сочинений. Т. 54)

«т. Дзержинский!

К вопросу о высылке за границу писателей и профессоров, помогающих контрреволюции. Надо это подготовить тщательнее. Без подготовки мы наглупим <…>

Обязать членов Политбюро уделять 2-3 часа в неделю на просмотр ряда изданий и книг, проверяя исполнение, требуя письменных отзывов и добиваясь присылки в Москву без проволочки всех некоммунистических изданий. <…> Собрать систематические сведения о политическом стаже, работе и литературной деятельности профессоров и писателей.

<…> Питерский журнал «Экономист», изд[ание] ХI отдела Русского технического общества. Это, по-моему, явный центр белогвардейцев. В № 3 <…>  напечатан на обложке список сотрудников. Это, я думаю, почти все – законнейшие кандидаты на высылку за границу. Все это явные контрреволюционеры, пособники Антанты, организация ее слуг и шпионов и растлителей учащейся молодежи. Надо поставить дело так, чтобы этих “военных шпионов” изловить, и излавливать постоянно и систематически и высылать за границу. Прошу показать это секретно, не размножая, членам Политбюро, с возвратом Вам и мне, и сообщить мне их отзывы и Ваше заключение. Ленин» (Письмо В. И. Ленина Ф. Э. Дзержинскому, 19 мая 1922)

В советской прессе начинают появляться статьи, направленные против тех, кто не принял советскую власть. В первую очередь нападкам подвергаются раскритикованный Лениным журнал «Экономист» и его постоянные авторы – Питирим Сорокин, Иван Озеров, Алексей Рафалович. В «Правде» выходит характерная в смысле стиля статья Льва Троцкого «Диктатура, где твой хлыст?», громящая литературоведа Юлия Айхенвальда.

«Книжка г. Айхенвальда насквозь пропитана трусливо-пресмыкающейся гнидой, гнойной ненавистью к Октябрю и к России, какой она вышла из Октября. Сей жрец чистого искусства подходит к поэтам и к поэтессам, проще всего, с той бескорыстной эстетической целью, чтобы найти у них чуть-чуть замаскированный булыжник, которым можно было бы запустить в глаз или в висок рабочей революции. <…> Это философский, эстетический, литературный, религиозный блюдолиз, то есть мразь и дрянь. <…> У диктатуры не нашлось в свое время для подколодного эстета – он не один – свободного удара хотя бы древком копья. Но у нее, у диктатуры, есть в запасе хлыст, и есть зоркость, и есть бдительность. И этим хлыстом пора бы заставить Айхенвальда убраться за черту, в тот лагерь содержанства, к которому он принадлежит по праву – со всей своей эстетикой и со всей своей религией». (Лев Троцкий. Диктатура, где твой хлыст? // «Правда», 2 июня, 1922)

8 июня 1922 Политбюро ЦК РКП(б) принимает постановление «Об антисоветских группировках среди интеллигенции», где в качестве наказания для инакомыслящих устанавливается высылка за границу, а также учреждает комиссию для составления списка высылаемых и обоснования необходимости их высылки.

«Комиссия … должна представить списки, и надо бы несколько сот подобных господ выслать за границу безжалостно. Очистим Россию надолго <…> Арестовать несколько сот без объявления мотивов – выезжайте, господа!» (Письмо В. И. Ленина И. В. Сталину, 16 июля 1922. // Цит. по: Ленин В. И. Неизвестные документы. 1891-1922. М., 1999)

«Франк Семен Людвигович. Несомненно, вредный. По общему своему направлению способен принять участие в церковной контрреволюции. <…> Сорокин Питирим Александрович. Профессор социологии Питерского университета. <…> Фигура, несомненно, антисоветская. Учит студентов ориентировать свою жизнь на преподобного Сергия. Последняя книга была враждебна и содержит целый ряд инсинуаций против Соввласти. Булгаков С. Н. Профессор. Поп. Живет в Крыму, черносотенец, церковник, антисемит, погромщик, врангелевец. Лосский. Профессор Петроградского университета. Редактор журнала “Мы”. Идеологически вредный». (Характеристики, составленные на подлежащих высылке. Цит. по “Очистим Россию надолго…” Репрессии против инакомыслящих. Конец 1921 – начало 1923 г.: Документы/ Под ред. А. Н. Артизова, В. С. Христофорова; сост.: А. Н. Артизов, З. К. Водопьянова, Т. В. Домрачева, В. Г. Макаров, В. С. Христофоров. М.: МФД: Материк, 2008)

10 августа 1922 Политбюро ЦК РКП(б) приняло решение об утверждении списка высылаемых, обыске всех и «аресте тех, относительно которых имеются опасения, что они могут скрыться». В списках более 200 человек: научно-педагогические работники, врачи, студенты, писатели, журналисты, политические деятели, экономисты, писатели, инженеры.

В ночное время с 16 по 17 августа 1922 в Москве и Петрограде прошли обыски и аресты. В тюрьмах ГПУ или под домашним арестом оказываются Лев Карсавин, Николай Лосский, Николай Бердяев, Юлий Айхенвальд и другие.

Визами высылаемые занимались самостоятельно. Германия, намеченная как страна высылки, отказалась выдавать визы для депортированных по запросу советского правительства, но была готова предоставить их по личным обращениям.

«Большевицкое правительство обратилось к Германии с просьбою дать нам визы для въезда в Германию. Канцлер Вирт ответил, что Германия не Сибирь и ссылать в нее русских граждан нельзя, но если русские ученые и писатели сами обратятся с просьбою дать им визу, Германия охотно окажет им гостеприимство». (Николай Лосский. Воспоминания. М.: Русский путь, 2008)

«Германия – тогдашняя Германия! – обиделась: она не страна для ссылок. Она готова нас принять, если мы сами об этом попросим, но по приказу политической полиции визы не даст. Жест благородный – мы его ценим, но пускай и нас попросят. И нас убедительно и трогательно просят: “Хлопочите в посольстве о визах, иначе будете бессрочно посажены в тюрьму”. Мы сговорчивы, мы хлопочем. Буду справедлив к сегодняшним врагам – они были к нам очень любезны». (Михаил Осоргин. Времена. Екатеринбург: Средне-Уральское книжное издательство, 1992)

30 августа о готовящейся высылке интеллигенции впервые официально сообщают советскому народу. «Известия» публикуют интервью Льва Троцкого американской журналистке Анне Луизе Стронг, в котором он объясняет необходимость готовящейся акции и называет ее «предусмотрительной гуманностью», видимо, рассчитывая на симпатию мировой общественности.

«Те элементы, которых мы высылаем или будем высылать, сами по себе политически ничтожны. Но они потенциальное орудие в руках наших возможных врагов. В случае новых военных осложнений <…> все эти непримиримые и неисправимые элементы окажутся военно-политической агентурой врага. И мы будем вынуждены расстреливать их по законам войны. Вот почему мы предпочли сейчас, в спокойный период, выслать их заблаговременно. И я выражаю надежду, что вы не откажетесь признать нашу предусмотрительную гуманность и возьмете на себя ее защиту перед общественным мнением». (Интервью Льва Троцкого А. Л. Стронг // «Известия», 30 августа 1922)

На следующий день «Правда» выходит с передовицей «Первое предостережение» с объяснением значения высылки более доступным языком – «для внутреннего рынка».

«Если этим господам не нравится в Советской России – пусть они наслаждаются всеми благами буржуазной свободы за ее пределами. <…> Среди высылаемых почти нет крупных научных имен. В большинстве это – политиканствующие элементы профессуры, которые гораздо больше известны своей принадлежностью к кадетской партии, чем своими научными заслугами». («Первое предостережение» // «Правда», 31 августа 1922)

23 сентября 1922 из Советского Союза поездом Москва – Рига уезжает первая группа высылаемых с семьями (в числе пассажиров – Питирим Сорокин). 29 сентября на пароходе «Обербургомистр Хакен» из Петрограда уезжают около 30 профессоров (среди них Николай Бердяев, Семен Франк, Иван Ильин, Сергей Трубецкой, Михаил Осоргин и Михаил Новиков). 16 ноября по этому же маршруту отправляется пароход «Пруссия», увезший из Советского Союза еще 17 высланных с семьями (в их числе Николая Лосского и Льва Карсавина).

Высылаемым разрешалось взять: одно зимнее и одно летнее пальто, один костюм, две пары белья (носки, чулки, кальсоны), две пары обуви, шляпу. Запрещалось брать с собой: деньги, драгоценности, ценные бумаги.

«Когда мне сказали, что меня высылают, у меня сделалась тоска. Я не хотел эмигрировать, и у меня было отталкивание от эмиграции, с которой я не хотел слиться. Но вместе с тем было чувство, что я попаду в более свободный мир и смогу дышать более свободным воздухом. Я не думал, что изгнание мое продлится 25 лет. В отъезде было для меня много мучительного…» (Н. А. Бердяев. Самопознание (опыт философской автобиографии). – М.: Международные отношения, 1990)

«Что бы ни приключилось в будущем, я твердо знаю, что извлек три урока… Жизнь, даже если она трудна, самое прекрасное, чудесное и восхитительное сокровище мира. Следовать долгу столь прекрасно, что жизнь становится счастливой, душа же обретает непоколебимую силу отстаивать идеалы, – вот мой второй урок. А третий – насилие, ненависть и несправедливость никогда не смогут сотворить ни умственного, ни нравственного и ни даже материального царствия на Земле». (П. А. Сорокин. Листки из русского дневника. М.; СПб.: Центр гуманитарных инициатив, 2021)

Екатерина РОМАНОВА, «МО»

«Музыкальное обозрение» в социальных сетях

ВКонтакте    Телеграм