В адрес газеты поступило приветствие от министра культуры РФ В. Мединского

«Национальная газета «Музыкальное обозрение» уникальна, все эти годы на ее страницах живо и интересно освещается академическая музыкальная жизнь нашей страны. и сегодня, в год культуры в российской федерации, ваши публикации особенно актуальны, поскольку привлекают внимание в том числе и к важнейшим проблемам российской музыкальной сферы, являясь серьезным стимулом для ее дальнейшего развития», — говорится в приветствии министра.
«Все поздравления»

Большие перемены, большие надежды

Презентация нового сезона ГАБТ России

Необычайно рано, задолго до конца текущего 238-го сезона, главный музыкальный театр страны представил сезон следующий — 239-й. Во встрече руководства театра с журналистами приняли участие генеральный директор Большого театра Владимир Урин, музыкальный руководитель и главный дирижер Туган Сохиев, художественный руководитель балета Сергей Филин.

Камертон директора

В. Урин: «Я хотел бы по каким-то основным вещам предварить выступления Тугана Таймуразовича и Сергея Юрьевича, а дальше предоставить слово им, поскольку речь идет о планах, а это их планы».

Прежде чем перейти к сезону 2014–2015, В. Урин рассказал о том, как Большой театр завершает сезон 2013–2014. Он напомнил о последних премьерах сезона: опере «Так поступают все женщины, или Школа влюбленных» Моцарта (24 мая на Новой сцене) и балете «Укрощение строптивой» (4 июля, хореограф Жан-Кристоф Майо). В мае состоялись гастроли балетной группы в Вашингтоне: в Кеннеди-центре была показана «Жизель». 12 и 13 июля оперная труппа покажет в Нью-Йорке два концертных исполнения «Царской невесты», за пультом Геннадий Рождественский.

Затем, с 15 июля по 1 августа, в Нью-Йорке выступит балет со спектаклями «Лебединое озеро», «Дон Кихот» и «Спартак».

17–22 июня на Исторической сцене — гастроли балета Ковент-Гарден: 17–18 июня одноактный балет «DGV (Танец на большой скорости)» К. Уилдона (на музыку М. Наймана), 20–22 июня — «Манон» К. МакМиллана (музыка Ж. Массне в оркестровке М. Йейтса).

«Я хотел бы сказать, что Туган Таймуразович Сохиев приступил к исполнению своих обязанностей 1 февраля, — напомнил В. Урин. — Три месяца шли бесконечные консультации по поводу того, каким должен быть сезон 2014–2015 года, что мы планируем в перспективе на 2015–2016 и 2016–2017 год. И вот сезон сформировался сегодня так, как расскажет нам Туган Таймуразович. Я с удовольствием передаю ему слово».

Свежий взгляд маэстро

Т. Сохиев: «Спасибо, Владимир Георгиевич! Прежде чем я представлю сезон, расскажу о своих ощущениях от пребывания и работы в Большом театре. За три месяца, приезжая уже в третий или четвертый раз, мне удалось послушать несколько спектаклей. Я смог даже прилететь в Вену, где были гастроли оперы Большого театра, и присутствовал на двух спектаклях в театре An der Wien. С большим успехом в концертном исполнении прозвучали «Царская невеста» (за пультом был Геннадий Рождественский) и концертная версия «Золотого петушка» Римского-Корсакова. Я сидел в зале и гордился труппой, гордился оркестром и хором. Показать на таком уровне две эти неизвестные в Вене оперы — это, конечно, большая заслуга нашей труппы.

У нас есть позиции, по которым мы еще должны работать. Я сейчас провел четыре репетиции, мы начали знакомиться с оркестром, посмотрели симфонический репертуар. Пытаемся найти общий язык. Мне кажется, что мы сможем дальше двигаться в этом направлении. Творческий потенциал, конечно, огромный. И меня это подстегивает и вдохновляет».

Далее Т. Сохиев остановился на оперных премьерах будущего сезона, кратко прокомментировав каждую из них (см. статью о планах Большого театра), и подвел итоги:

«У нас есть русская музыка — Чайковский, есть Моцарт, Верди, Бизе, современная музыка, детская опера. Стараемся охватить как можно более широкий репертуар. Конечно, в репертуарном театре в одном сезоне это сделать сложно, у нас есть еще и текущий репертуар. Но мы планировали с перспективой на следующие 2–3 года: какие названия у нас будут идти и насколько это вписывается в общую стратегию репертуарной политики Большого театра.

Перспективные планы оперной труппы

Если говорить о следующих двух сезонах, то мы обсуждаем таких великих русских композиторов, как Римский-Корсаков, Мусоргский, Чайковский. у нас есть уже три наименования — это три копродукции. Две копродукции с Английской Национальной оперой — «Билли Бадд» Бриттена и «Роделинда» Генделя и «Енуфа» Яначека — с бельгийским театром Ла Монне. Будут, конечно же, Верди, Вагнер, Штраус. И мы ведем переговоры с такими дирижерами, как Семен Бычков, Владимир Юровский, Кристиан Тилеманн, которые уже выразили интере с приехать в Большой театр и осуществить постановки».

Фестивали, концерты, юбилеи

Т. Сохиев остановился на особых событиях и важнейших вехах предстоящего сезона: «Мы открываем фестиваль под рабочим названием «Барокко. Путешествие». Это первое подобное событие в Большом театре и, может быть, не совсем укладывающееся в рамки Большого театра. Но, как нам кажется сегодня, это та творческая составляющая, без которой театр развиваться не может. Прежде чем ставить «Роделинду», мы обязательно должны показать что-то из барочной музыки в этом сезоне, и публика должна быть готова к этому».

Среди событий Фестиваля Т. Сохиев отметил концерты Юлии Лежневой — «одной из лучших исполнительниц барочной музыки» — и ансамбля старинной музыки La voce strumentale; французского ансамбля Les arts florissants во главе с Уильямом Кристи, с программой «Рамо — мэтр танца» (к 250-летию композитора); совместный концерт Молодежной программы ГАБТ и Молодежной программы театра An der Wien.

По словам Т. Сохиева, очень важен для Большого театра и его истории — это концерт, посвященный 75-летию Елены Образцовой: «Концерт пройдет 28 октября, и называться он будет «Оперный бал». Дали согласие приехать такие артисты, как Анна Нетребко, Хосе Кура, Ольга Перетятько, Екатерина Сюрина, Мария Гулегина, друзья и коллеги Елены Васильевны, которые с ней выступали. Она отдала театру огромную часть своей жизни. И, конечно же, Большой театр строил свой репертуар, свои традиции, свою жизнь на таких певицах, как Елена Васильевна».

Еще один концерт будет посвящен 50-летию обменных гастролей театра «Ла Скала», которые прошли в Большом театре в 1964. Этим концертом будет дирижировать Т. Сохиев: «Нам показалось очень важным отметить это событие совместным участием певцов Молодежной программы Большого театра и Академии молодых певцов Ла Скала, Академии бельканто в Модене. Согласилась присутствовать и дать мастер-классы великая итальянская певица Мирелла Френи».

Особые циклы концертов будут посвящены 175-летию со дня рождения П.И. Чайковского и 120-летию со дня рождения П. Хиндемита.

Симфонический оркестр

Т. Сохиев: «Мы хотели бы начать традицию симфонических концертов нашего оркестра под названием, может быть, «Большие дирижеры в Большом театре». 14 декабря за пультом будет Семен Бычков, который, к счастью, нашел маленький люфт в своем сложном календаре, в своих зарубежных гастролях, чтобы приехать в Большой театр и продирижировать симфонией Шостаковича и произведениями Малера и Листа.

Второй концерт проведет Геннадий Николаевич Рождественский. Его присутствие в Большом театре участилось, он опять сблизился с коллективом, и его волшебная музыкальная аура нас всех здесь вдохновляет. Очень интересная программа, как всегда у Геннадия Николаевича — Девятая симфония Дворжака и Глаголическая месса Яначека: я думаю, что она здесь звучит нечасто.

Мне как музыкальному руководителю принципиально важно, чтобы за пультом стоял не только я и не только те дирижеры, которые регулярно сюда приезжают, но и другие дирижеры, составляющие мировую дирижерскую элиту. И чтобы они хотели приезжать в Большой театр. Сейчас идут переговоры с Андрисом Нельсонсом, который мечтает сюда приехать; мы ждем его на концерт и, может быть, на какую-то постановку. Большой театр — площадка, куда должны стремиться все дирижеры и все музыканты, как в Метрополитен, в Ковент-Гарден, в Вену, в Париж. Качество музыкальной труппы, оперной труппы, музыкальное качество Большого театра зависит не только от музыкального руководителя, но и от тех дирижеров, которые приезжают сюда, и от тех артистов и певцов, которые здесь выступают.

Пройдет концерт памяти артиста оркестра Виктора Седова, который трагически погиб в 2013 году. Продирижирует Михаил Юровский, который очень близко его знал. Грустный повод, но для нас важно почтить память музыканта, который отдал много лет этому театру».

Молодежная оперная программа

Т. Сохиев: «В этом году Молодежной программе исполняется пять лет. Мы продолжаем набирать таланты, искать голоса, ездим по России, по странам СНГ, за рубежом ищем российских исполнителей, которые осели в Европе и не знают, что там делать, рвутся назад на родину. Я хочу поздравить молодежную программу с этим маленьким юбилеем, пожелать таких же успехов и дальнейшего серьезного развития, и сказать, что мы возлагаем на вас большие творческие надежды».

Артисты Программы будут участвовать во всех оперных премьерах, а также в концертной жизни театра — в частности, в фестивале, посвященном эпохе барокко и концерте 9 ноября в честь 50-летия первых обменных гастролей Большого театра и театра Ла Скала. Готовится концерт из романсов и песен Шуберта, Римского-Корсакова, Шостаковича. Продолжится сотрудничество с Парижским оперным конкурсом (в рамках программы «Молодые голоса Москвы и Парижа»).

Немного о балете

О планах балета рассказал С. Филин. Он, в частности, отметил, что первой балетной премьерой сезона станет легендарный балет «Легенда о любви» А. Меликова — Ю. Григоровича (впервые поставлен в ГАБТе в 1961), и назвал следующие премьеры сезона и их постановщиков: «Гамлет» на музыку двух симфоний Шостаковича в постановке Д. Доннеланна и хореографии Р. Поклитару, и «Герой нашего времени» петербургского композитора И. Демуцкого (род. 1983) по произведениям Лермонтова: хореограф-постановщик Ю. Посохов (которого Филин, вероятно, в шутку назвал, «ретроградом», на том основании, что Посохов, по мнению Филина, «все делает на основе классического балета»), режиссер-постановщик К. Серебреников. Для этого спектакля выбраны три повести: «Бела», «Тамань» и «Княжна Мери».

С. Филин: «Изначально хореограф Юрий Посохов, который является постановщиком спектакля, обратился с вопросом, возможно ли, чтобы именно Юрий Красавин стал автором музыки для этого спектакля (Красавин — автор музыки балета «Маргиттомания» — «МО»). Я встречался с Красавиным, он получил работу над этой музыкой. Была проделана очень большая работа, в процессе сотрудничества Кирилла Серебренникова, Юрия Посохова и Юрия Красавина были споры, сомнения, и у Серебренникова возникли некие осторожные тревоги по поводу написания именно этой музыки для спектакля, у него были определенные вопросы к тому, что было написано. Поэтому было принято совместное решение все-таки обратиться к другому композитору, которого выбрал Кирилл Серебренников, и сегодня музыку к этому спектаклю пишет Илья Демуцкий».

В. Урин добавил, что «все обязательства перед Юрием Красавиным театр выполнил. Я думаю, что мы найдем возможность в связи с 200-летием Лермонтова дать шанс слушателям услышать эту музыку, которая была написана, но не будет использована в балете. По крайней мере, такие планы у нас есть».

Это будет трехактный спектакль, как и «Гамлет». Все спектакли полнометражные, и работать над ними, по словам С. Филина, придется очень долго.

Балетная труппа трижды выедет на гастроли: в Японию (ноябрь-декабрь), Гонконг (март) и Бразилию (июль). Что касается стратегических планов на следующие сезоны, то будет продолжено сотрудничество с ведущими хореографами мира: У. МакГрегором, П. Лайтфутом, А. Ратманским.

«Большой балет в кино»

Большой театр совместно с компаниями Pathe Live и Bel Air Media осуществляет прямые трансляции балетных спектаклей в кинотеатры всего мира. С мая 2011 идут трансляции в России, где эксклюзивным дистрибьютором трансляций стала компания CoolConnections.

Первая прямая трансляция из Большого театра в кинотеатрах России прошла 12 мая 2013.

Семь балетов Большого театра из афиши 239-го сезона можно будет увидеть в следующем сезоне на экранах кинотеатров в HD качестве: четыре — в прямой трансляции, три — в записи. Как и в 238-м сезоне, трансляции будут идти по воскресеньям. Прямые трансляции и повторные показы пройдут более чем в 1000 кинотеатрах 50 стран (в т.ч. около 70 кинотеатро в 50 городах России и Казахстана).

Одновременно они будут транслироваться live для российских пользователей на канале Большого театра в YouTube по адресу www.youtube.com/bolshoi.

Полный список городов и кинотеатров всего мира на сайте http://pathelive.com/fr/bolshoi-worldwide/bolshoi-worldwide-1.

Информация по России и Казахстану www.theatreHD.ru в разделе «Афиша» и на сайте www.coolconnections.ru

Цена билета: в Москве и Петербурге 450 руб., в других городах — 350 руб.

Вопросы, вопросы…

Представителей прессы особо заинтересовало обилие звучных имен драматических режиссеров, приглашенных для постановок. Все они — Серебренников, Писарев, Додин, Бородин — возглавляют известные театры, и руководителей Большого попросили прояснить эту тенденцию, столь живой интере с к их мировоззрению и творческим поискам.

Т. Сохиев: «Это не тенденция. Это подход к отдельно взятому произведению.

Я смотрел на «Пиковую даму» как на оперу, на спектакль, который мы все с вами знаем. Это все-таки музыкально-драматический спектакль. И я не исключаю, что, познакомив российскую публику с великим творением великого российского режиссера, мы не сможем через какое-то время опять вернуть и поставить еще одно прочтение «Пиковой дамы». Но даже если это спор, даже если это вызывает какие-то сомнения, оно нужно здесь, это все-таки Лев Додин. Лев Додин, Чайковский и Пушкин.

Алексей Владимирович Бородин — человек, который чувствует оперу. Я знаю его замечательный спектакль «Отелло». Основа драматургии «Кармен» — не пение, а, прежде всего, 20-минутные диалоги на французском. Поэтому театральная составляющая здесь очень важна. Хотя я не могу представить сегодня на сцене в России 20-минутный диалог на французском. Поэтому, мне кажется, в России она все-таки должна идти с речитативами.

По поводу Евгения Писарева и «Свадьбы Фигаро». Эта опера требует очень тонкого и деликатного подхода к комедийной составляющей. Ведь можно поставить так, что будет просто смешно. А гений Моцарта заслуживает очень серьезного подхода к этой составляющей. Писарев, который замечательно сделал «Итальянку в Алжире» в театре Станиславского и Немировича-Данченко (я видел этот спектакль), мне кажется, почувствовал эту тоненькую ниточку, которая, может быть, не всегда прочитывается у Моцарта. Мне кажется, это абсолютно правильный выбор режиссера для данного спектакля».

В. Урин представил «молодое поколение, которое надо растить. Дмитрий Белянушкин — молодой выпускник ГИТИСа, факультета музыкальной режиссуры, один из лучших учеников Тителя. Мы считаем, что молодые режиссеры должны пробовать свои силы. Мы подкрепили его очень серьезным художником, я имею в виду Валерия Яковлевича Левенталя, и дирижером Антоном Гришаниным».

С другой стороны, актуален вопрос — а кто из именитых оперных режиссеров будет ставить в Большом театре? Вопрос прозвучал довольно жестко: «Черняков — самый востребованный режиссер мира, и его «Князя Игоря» в Метрополитен, конечно, очень трудно сравнить с нашей довольно слабой работой, которая была просто дань уважения величайшему престарелому режиссеру <…> а тем музыкальным режиссерам, которые вообще могут читать партитуру, делались какие-нибудь предложения? Чернякова просто выжили из страны, есть тот же Титель…».

В. Урин: «Я не буду вступать с Вами в дискуссию по поводу сомнительности режиссерских работ таких драматических режиссеров, как Лев Додин, который, кстати, очень много работает в опере. Было ли сделано предложение Чернякову? По ближайшим планам театра — нет. Но мы договорились, что в ноябре 2015 года Дмитрий Черняков делает новый вариант «Евгения Онегина». Я отнюдь не исключаю его возможности работы в Большом, но только в том случае, если сам Дмитрий Черняков сочтет, что ему подходит тот материал, который ему будет предлагать Большой театр.

Что касается Александра Тителя — такое предложение сделано, и если все будет нормально, то он будет осуществлять постановку. Но не в сезоне 2014–2015.

Вернется ли Ратманский?

Этот вопрос возникал не раз. В т.ч. в связи с тем, будут ли возобновлены программы «Мастерской новой хореографии». Ответил В. Урин: «В сезонах 2015–2016 и 2016–2017 мы будем проводить фестиваль спектаклей Ратманского, мы будем восстанавливать — с Алексеем есть абсолютно однозначная договоренность — «Русские сезоны». Речь идет о возможности (и это тоже обсуждается с Алексеем) ввода молодого поколения в «Светлый ручей» и о постановке нового спектакля в нашем театре. Мы уже даже практически обсудили название этого спектакля. И как только мы определимся с теми периодами, которые даст Алексей, мы готовы будем сообщить о том, какое это будет название и в какое время Алексей его поставит. И у него есть желание вернуться в Большой театр и поставить новую работу. В то же время речь идет не только о том, чтобы мы показали те спектакли, поставленные Алексеем, которые идут у нас, но и о возможности приезда сюда двух или даже трех коллективов со спектаклями Алексея Ратманского, которые здесь не идут. Переговоры идут достаточно серьезные. Я уезжаю в Гаагу на встречу с Полем Лайфутом для обсуждения этих вопросов и уже конкретики. Речь идет о сезоне 2015–2016 и 2016–2017.

«Спектакли как люди…»

В. Урин осветил и вопрос восстановления и реконструкции старых спектаклей Большого театра — в частности, «Псковитянки»: «Я глубоко убежден как человек, который занимается театром долгие годы: спектакли умирают как люди. И это зависит от очень большого количества обстоятельств. Да, в том или ином спектакле может быть великое оформление. Во-вторых, кто реально сегодня будет восстанавливать этот спектакль, кто реально не по мизансценам, а по сути решения может восстановить его в той стилистике, в какой этот спектакль был сделан? И уверены ли вы в том, что сегодня эта стилистика будет отвечать современному звучанию, что это не превратится в музей?

Большой театр — не музей. Большой театр — театр. И если спектакль идет 10, 15, 20, даже 50 лет, но это живой спектакль, в котором есть музыкальное звучание, в котором есть исполнители, в котором сохранен дух того времени, когда спектакль создавался, и спектакль передается из рук в руки — ради бога, пусть он существует. Что касается того спектакля о котором вы говорите — боюсь, сегодня я вряд ли найду людей, кроме тех, кто работает в музее, которые что-либо помнят из этого спектакля.

Просто по записям восстановить спектакль невозможно. Это не музейное произведение. Это театральный спектакль. Если мы поймем, что есть реальные люди, которые способны восстановить тот или иной спектакль, и он будет иметь сегодня современное звучание, тогда мы это будем делать. Обратите внимание, что «Борис Годунов» идет уже многие годы, передается из поколения в поколение. А сейчас мы уже попробовали, в чем-то успешно, в чем-то не очень, восстановить «Царскую невесту». Очень важная работа для нас».

Тенденция, однако?

На встрече прозвучал вопрос, не является ли репертуарной тенденцией обращение к самым кассовым, самым известным оперным названиям? Т. Сохиев: «Выбор таких спектаклей, как «Свадьба Фигаро», «Кармен», «Пиковая дама», «Риголетто» — основа репертуарной политики таких театров, как Большой. Если мы сегодня сравниваем Большой театр с самыми крупными театрами мира: Ковент Гарден, Венской оперой, Парижской оперой, Метрополитен, то все эти названия идут и там. Может быть, не чаще чем раз в два года, потому что там большое количество названий, но они должны присутствовать в афише. И у нас, скажем, «Кармен» — спектакль, который должен идти на исторической сцене Большого театра. Вот и все, здесь нет никаких тенденций».

В. Урин: «Я не вижу ничего плохого в том, чтобы на сцене Большого театра шли популярные оперы. Вопрос  в том, как они сделаны, каково будет художественное качество. Но мне кажется, что некоторое, особенно возникающее иногда в критических кругах, пренебрежение к зрителю — неверное. И поэтому я бы сказал, что в этом есть определенная тенденция. На сцене должно идти все: и сложнейшая опера Бриттена «Билли Бадд», и сложнейшая опера Яначека «Енуфа», обязательно должен идти Гендель, обязательно — «Кармен», «Травиата», «Пиковая дама», «Евгений Онегин», и так далее. Это принципиальная позиция театра. Все лучшие мировые оперы популярны не просто потому, что они популярны, а потому что они выдержали испытание временем. Сделать их сегодня современными, высокохудожественными на очень хорошем музыкальном уровне — задача Большого театра.

В планах театра есть, поверьте мне, малознакомые, а иногда и вовсе не знакомые оперы. Например, мы ведем очень серьезные переговоры о том, чтобы в репертуаре театра появилась опера, которая никогда не исполнялась в России — «Идиот» Мечислава Вайнберга по Достоевскому. Но при этом не надо забывать, дорогие мои, о том, что мы существуем для зрителя, и в этом смысле все зрители должны быть включены в эту сферу».

Заграница нам поможет?

Придя к руководству Большим театром, В. Урин заявил, что театр будет ориентироваться в первую очередь на собственные силы и уже потом — на приглашенных солистов. Это подтверждает и Т. Сохиев, отвечая на вопрос о приглашенных солистах: «Прежде всего меня интересуют солисты труппы Большого театра. С них я буду начинать. Если мы видим, что у нас сегодня на определенную роль нет того или иного певца или певицы, то смотрим, кто есть в Москве, в соседних театрах, с удовольствием сотрудничаем со всеми, с тем же театром Станиславского или Новой оперой. Дальше расширяем географию, ищем в Петербурге, по России. И лишь тогда, когда мы не сможем в России найти тот голос, который нам нужен, будем обращаться за помощью за рубеж. Вот такая политика».

О копродукции и планах

Т. Сохиев в своем выступлении назвал примеры копродукции, которые появятся на сцене Большого театра в ближайшие годы. Продолжил тему В. Урин: «Все копродукции, которые были названы — это копродукции, договоренности по которым состоялись до моего прихода. Это не значит, что я был против этой копродукции. И «Билли Бадд», и Яначек, и «Роделинда» Генделя. Это выполнение обязательств, которые я всячески поддержал. Если мы серьезно реально посчитаем деньги, которые мы в результате тратим в том числе и на приобретение оформления, на подгонку того или иного оформления, на пошив костюмов, на постановочную команду, и так далее, то в общем это сопоставимые цифры. Для меня копродукция в первую очередь — это вопрос творческий. И если наконец настанет такой момент, когда Большой театр будет участвовать в копродукциях, но в качестве организатора этой копродукции; когда спектакли Большого театра будут вызывать интерес в других оперных театрах мира; когда мы будем ставить спектакль первыми, а затем этот спектакль будет повторяться в Ковент-Гардене, в Метрополитен Опера или в Венской опере — мне кажется, что это будет принципиальное достижение. Особенно если это касается русской музыки. А вот если речь идет о «Билли Бадде» Бриттена, может быть, и есть смысл, чтобы это была копродукция с Английской национальной оперой, потому что те особенности, то знание музыкального языка Бриттена, которые существуют в Английской национальной опере или в других английских театрах — это чрезвычайно важные составляющие. Поэтому мне кажется, что каждый раз решение этого вопроса носит не экономический, а творческий характер. Если он носит творческий характер, я всячески за копродукцию. А во всех остальных случаях — за самостоятельную продукцию не самого последнего театра в мире, который называется Большой театр России. <…>

Мы уже попытались объяснить свою позицию по поводу «Пиковой дамы». Спектакль сделан, между прочим, русским художником, русским режиссером, и это опера русского композитора. И я сразу хотел бы объяснить, что срок моего пребывания на посту сейчас равен 10 месяцам. Поверьте, это очень небольшой срок для руководителя такого большого театра и для решения тех проблем, с которыми мы сталкиваемся. Хочу напомнить, что Туган Таймуразович работает три месяца. Оперативно сформировать планы сезона, честно говоря, было очень непросто за это короткое время при решении тех текущих проблем, которые были и есть. Да, наверное, в этих планах есть какие-то компромиссы. Есть вопросы. Будем надеяться, что когда выйдут спектакли, эти вопросы снимутся, потому что мы бы хотели, чтобы это были качественные спектакли».

О телетрансляциях

Один из вопросов, заданных В. Урину: возможно ли сделать таким же значимым событием телевизионные сезоны Большого театра, как в театре «Ла Скала»?

В. Урин: «Мы сейчас не готовы к этому. Если говорить о «Ла Скала», то в этом театре сезон чаще всего открывается премьерой, и трансляция становится очень важным событием. Такой практики в Большом театре пока нет. Но это замечательная идея, и я бы очень хотел, чтобы в будущем так было. Так же, как и то, что мы видим в Венской опере, в Ла Скала — экраны по городу, где могли бы идти трансляции. Об этом надо думать.

И вновь о репертуаре

Вопрос от «Музыкального обозрения»: какие спектакли останутся в следующем сезоне, а какие будут изъяты из репертуара?

В. Урин: «Отвечу на него хитро, практически не отвечу, уйду от ответа. К величайшему сожалению, целый ряд спектаклей текущего репертуара, которые идут долгие годы — я в данном случае говорю только об оперных спектаклях — не отвечает тому музыкальному уровню, который на сегодняшний день должен быть в Большом театре. Вопрос это очень непростой. Стоит ли тратить серьезные усилия на возобновление старого спектакля, идущего 10, 20, иногда 25 лет, или лучше сделать новый?

У меня как у генерального директора есть достаточно четкая позиция по оперному репертуару и названиям тех спектаклей, которые должны и которые не должны идти на сцене Большого театра. Но мне бы хотелось, чтобы эти вопросы касались в первую очередь музыкального руководителя. Он отвечает за афишу, он ее подписывает. И я бы хотел, чтобы он принимал решение. Поэтому сам бы не хотел называть этот список.

Сегодня в Большом театре много спектаклей, которые не успевают пройти в течение сезона: мы физически не «перевариваем» то количество названий, которые есть у нас на сегодняшний день. И целый ряд из них мы, может быть, не снимаем с репертуара, но, допустим, на сезон — два, а может быть, на три откладываем в сторону. Такой вариант тоже есть. Мы сейчас формируем конкретную афишу текущего репертуара, вместе с музыкальным руководителем обсуждаем состояние того или иного спектакля. И если пока не можем принять решение, списываем этот спектакль или нет — потому что Туган Таймуразович его не видел, — то на сезон 2014–2015 мы его замораживаем».

Т. Сохиев: «Для меня решающими в репертуаре Большого театра являются не столько премьерные спектакли, которые обозначены — там есть команда, и они будут готовиться, — а все, что проходит между премьерами, текущий репертуар: это то, что определяет качество сегодняшней музыкальной жизни театра. Вот очень важно. И здесь к каждому названию нужно подходить индивидуально. Ведь принять решение о снятии спектакля очень сложно. Но спектакли текущего репертуара Большого театра должны быть на совершенно ясном высоком, определенном художественном уровне».

« Две минуты тщеславия, остальное — работа » Размышления генерального директора Большого театра Владимира Урина (из интервью СМИ)

О билетах

В. Урин: «Я приглашаю прессу на разговор только по одному единственному поводу, который называется «Большой театр и зритель». Готовы вам показать: и как будет работать система, и как мы планируем, чтобы эта система работала в следующем сезоне, ответить на все интересующие вас вопросы. Потому что я очень боюсь, что когда речь идет о такого рода ответах на вопросы, стоит мне сказать, что входные билеты будут приблизительно 100 рублей, дальше все новостные интервью начинаются: «в Большой театр билеты будут стоить 100 рублей». Причем информация из одного источника переписывается в другой источник. И перепуганные зрители звонят в кассы театра и говорят: «Мы прочли в прессе, что теперь билеты будут стоить 100 рублей». Вот для того, чтобы этой случайности не было, тема эта очень непростая, очень сложная, в начале сезона мы организуем с пресс-службой театра для тех, кого это интересует, специальную встречу, которая будет называться «Большой театр и зритель», и на все вопросы — и реализация билетов, информация зрителя о событиях в театре, и так далее — поговорим с вами. Нет возражений? Спасибо».

Вышел № 4-5 июнь-июль (367-368) 2014 газеты «Музыкальное обозрение»

Вышел в свет очередной номер национальной газеты «Музыкальное обозрение».

В нем представлены статьи и материалы, посвященные актуальным событиям музыкальной и культурной жизни России, страницам истории российской и мировой музыкальной культуры.

Состоялось вручение Государственных премий РФ за 2013 год. «МО» представляет лауреатов (среди которых альтист и дирижер Ю. Башмет). В статье главного редактора Андрея Устинова анализируется список лауреатов в контексте современной российской политики и идеологии.

Тема взаимоотношений власти и культуры продолжена публикацией Проекта «Основы культурной политики России», разработанного в Администрации Президента РФ по поручению В. Путина.

Как и во всех номерах этого года, значительное место уделено отмечаемому в 2014 25-летию газеты «Музыкальное обозрение». Публикуются программы концертов, приветствия, которые прислали в адрес главного редактора и коллектива газеты глава Администрации Президента РФ С. Иванов, министр культуры В. Мединский, член Совета Федерации Н. Дементьева, «детский доктор мира» Л. Рошаль, руководители Московской филармонии А. Шалашов и А. Чайковский, выдающиеся музыканты: солисты Б. Березовский, В. Репин, А. Князев, дирижеры М. Плетнев, Д. Лисс, А. Сладковский, Г. Ринкявичус, Э. Серов, М. Аннамамедов, А. Аниханов.

«МО» продолжает готовиться к юбилею. Осенью состоится юбилейный фестиваль «Музыкальное обозрение – 25», концерты которого пройдут в 56 городах с участием солистов и коллективов 42 филармоний России, 39 симфонических и 13 камерных оркестров, 20 вузов и средних специальных музыкальных учебных заведений, 8 оперных театров, десятков известных солистов. Готовится издание 1 тома Библиотеки «МО», посвященного Конкурсу им. Чайковского и альбома А. Устинова «Инструментариум». В Москве 1 октября пройдет юбилейный концерт в Концертном зале им. Чайковского, а 7 октября откроется юбилейная выставка в Музее им. Глинки.

Газета завершает грандиозную публикацию, посвященную 100-летию великого дирижера ХХ века К.П. Кондрашина (начало в № 3). Впервые публикуются письма К. Кондрашина, в которых он объясняет причину своей эмиграции из СССР, а также подборка фотографий, предоставленных другом дирижера, музыковедом Н. Брукстра.

В рубрике «Сто лет назад» представлены материалы «Российской музыкальной газеты» за 1914.

В истории «МО» велика роль П.В. Меркурьева (внук Вс. Мейерхольда, сын нар. арт. СССР В. Меркурьева). Воспоминаниями об этом выдающемся музыкальном деятеле, стоявшем у истоков газеты и проработавшем в ней более 20 лет, делятся главный редактор «МО» А. Устинов, режиссер А. Герман-младший, ректор Московской консерватории А. Соколов, актер С. Дрейден, композитор Е. Подгайц, музыковед В. Гуревич. Публикуются воспоминания драматурга Л. Зорина, уникальные фотографии из архива «МО».

Не за горами начало нового театрального и концертного сезона. «МО» печатает полный календарь событий Большого театра России на 2014-2015 и программу Третьего симфонического форума России, который пройдет 11-18 сентября в Екатеринбурге — важнейшего события оркестровой жизни.

Также в рубрике «Оркестр» — подробная информация о взаимоотношениях В. Гергиева и Мюнхенского филармонического оркестра, анализ менеджерской и творческой деятельности Оркестра Радио Франс, информация о событиях российской и зарубежной оркестровой жизни.

Среди представленных книг выделяются такие издания, как «Звезды Мариинского театра» в 2-х томах (автор В. Фиалковский) и уникальная книга В. Зака «Шостакович и евреи?»

В рубрике «Памяти музыкантов» газета печатает статью об ушедшем из жизни телеведущем С. Бэлзе, которого с «МО» связывали многие годы творческой дружбы. Именно он вел все важнейшие концерты в истории «МО», в т.ч. вечера к 10-летию и 15-летию газеты.

Глубокие аналитические статьи и рецензии посвящены недавним премьерам опер «Аида» Верди, «Альцина» Генделя, «Так поступают все» Моцарта в московских театрах; фестивалям (в т.ч. XIII Московскому Пасхальному фестивалю); крупным событиям балетной жизни.

Опубликованы итоги и условия 12 конкурсов, входящих в Ассоциацию Музыкальных конкурсов России. Композитор Кузьма Бодров завершил сочинение Kyrieeleison для симфонического оркестра, хора и органа, посвященное 25-летию газеты «Музыкальное обозрение».

Таким образом, окончательно сформирована программа юбилейного концерта «МО» 1 октября в Москве, в Концертном зале имени Чайковского. Программа в основном составлена из произведений эксклюзивного проекта «МО» opus 25. В ней прозвучат сочинения Дж. Россини, Э. Грига, Ф. Шопена, Р. Шумана–Ф. Листа, Р. Штрауса, К. Бодрова, а также коллективное сочинение «Посвящение», написанное по инициативе «МО» в 2006, в честь 100-летия со дня рождения Д. Шостаковича (авторы — семь московских композиторов: О. Алюшина, К. Бодров, О. Бочихина, А. Буканов, А. Васильев, Т. Новикова, А. Сюмак). В заключение концерта прозвучит Адажио Т. Хренникова из балета «Гусарская баллада» в память основателей газеты: Тихона Хренникова, Петра Меркурьева, Бориса Диментмана.

Весенний марш маэстро

Художественный руководитель Госоркестра проведет свой Второй фестиваль

«Похитители огня» — Второй летний фестиваль «Истории с оркестром», который пройдет в КЗЧ 8, 9 и 10 июня.

Возглавив Госоркестр им. Светланова, В. Юровский, связанный многочисленными обязательствами за рубежом, успевает проводить немало времени в России. И уже второй сезон следует избранному графику, появляясь на Родине в начале осени, под Новый год и Рождество, в начале весны и в июне, когда маэстро проводит цикл просветительских концертов.

Возглавив Госоркестр им. Светланова, В. Юровский, связанный многочисленными обязательствами за рубежом, успевает проводить немало времени в России. И уже второй сезон следует избранному графику, появляясь на Родине в начале осени, под Новый год и Рождество, в начале весны и в июне, когда маэстро проводит цикл просветительских концертов.

8 июня. Бетховен. Балет «Творения Прометея». Орф. «Прометей» (по трагедии Эсхила, фрагменты).

9 июня. Форе. Фрагменты из музыкальной драмы «Прометей» для сопрано, хора и оркестра. Берг. «Лулу-сюита» для сопрано и оркестра. Сибелиус. Симфоническая поэма «Океаниды». Скрябин. «Прометей» («Поэма огня») для фортепиано, хора и оркестра.

10 июня. Лист. Симфоническая поэма «Прометей». Сен-Санс. Кантата «Свадьба Прометея» для солистов, хора и оркестра. Шуберт. Песня «Прометей» на слова Гете (оркестровка М. Регера). Вольф. Песня «Прометей» на слова Гете (оркестровка автора). Бетховен. Симфония № 3 («Героическая»).

Организатор концертов — Московская государственная академическая филармония.



5 марта, Концертный зал им. Чайковского
Шютц. Два мотета из сборника «Псалмы Давида»
Брамс. «Немецкий реквием»
Циммерман. «Экклезиастическое действо» для двух рассказчиков, баса и оркестра
Государственный академический симфонический оркестр России им. Е.Ф.  Светланова
Хор Академии хорового искусства им. В.С. Попова (художественный руководитель А. Петров)
Ансамбль старинных инструментов Alta Capella (руководитель И. Великанов)
Солисты: М. Перссон (сопрано, Швеция), Д. Хеншель (бас-баритон, Германия)
Рассказчики: Е. Цыганов, А. Семенов

9 марта, Большой зал консерватории
Шенберг. «Уцелевший из Варшавы»
Бетховен. Симфония № 9 в редакции Г. Малера. Первое исполнение в России
Солисты: Е. Кичигина (сопрано), А. Кадурина (меццо-сопрано), С. Скороходов (тенор), Д. Хеншель (бас-баритон)
ГАСО России им.  Е.Ф. Светланова
Хор Академии хорового искусства

4 апреля, Концертный зал им. Чайковского
Бриттен. Военный реквием
Лондонский филармонический оркестр
Камерный оркестр
Дирижер Н. Крид
Государственная академическая хоровая капелла России им. А.А. Юрлова
(художественный руководитель и главный дирижер Г. Дмитряк)
Хор мальчиков Хорового училища им. А.В. Свешникова
Солисты: А. Пендачанска (сопрано, Болгария), И. Бостридж (тенор, Великобритания), М. Герне (баритон, Германия)

5 апреля, Концертный зал им. Чайковского
Брамс. Концерт № 2 для фортепиано с оркестром
Брукнер. Симфония №2
Лондонский филармонический оркестр
Солист Н. Ангелич (фортепиано, США)

12 апреля, Концертный зал им. Чайковского
Р. Штраус. «Саломея» — опера в концертном исполнении
Государственный академический симфонический оркестр России им. Е.Ф.  Светланова
Солисты: А. Пенданчанска (сопрано), К. Вязникова (меццо-сопрано), Д. Телятникова (меццо-сопрано), П. Брондер (тенор, Германия), Б. Рудак (тенор), В. Ефимов (тенор), И. Морозов (тенор), Т. Дубовицкий (тенор), В. Гурылев (тенор), С. Хендрикс (баритон, США), А. Пашиев (баритон), М. Михайлов (бас), П. Мигунов (бас).

 

Обращение Юровского к таким колоссальным по мысли, глубине, высочайшему духовному напряжению, поистине мессианского характера сочинениям, безусловно, впечатляет. Каждое них — масштабный, грандиозный замысел (независимо от того, звучит оно несколько минут или два часа). Каждое взывает к корневым, вечным вопросам человечества — добра и зла, жизни и смерти, войны и мира, любви и ненависти, истины и веры. И каждое по-своему отражает «болевые точки» сегодняшнего мира.

С австро-немецким акцентом

«МО» не раз писала о тех переменах, которые произошли в Госоркестре за неполных три сезона руководства В. Юровского. Слова, сказанные осенью 2011 (когда состоялось назначение) о том, что он хочет вернуть Госоркестру былую славу, обретенную при Е.Ф. Светланове и впоследствии изрядно утраченную, дирижер подкрепляет содержанием своей работы с коллективом.

Оркестр раскрепостился. Оркестр собрался, стал дисциплинированным, чутким, восприимчивым, приобрел профессонализм европейского толка. Значительно изменился репертуар: в частности, это касается расширения линии австрийско-немецкого симфонизма. За три сезона прозвучали Бетховен (3-я и 9-я симфонии в редакции Малера), Брамс, Вагнер, Р. Штраус, Цемлинский, сочинения всех нововенцев, Циммермана… Юровский, по сути, привил оркестру вкус к исполнению той музыки, которая никогда не звучала в исполнении ГАСО или звучала очень давно.

Два мартовских концерта Госоркестра объединяет не только соседство в календаре. Не случайно и рецензировали их как единый цикл, диптих (к триптихам дирижер московскую публику уже приучил):

«…Сочинение Циммермана на тексты из Экклезиаста и «Братьев Карамазовых» («Великий инквизитор») <…> такая страшная истерическая беспросветность брутально-плакатного толка со значительной театральной составляющей (тромбоны под куполом зала, чтецы, изображающие легкоатлетов, дирижер, усаживающийся на пол для медитации). В финале цитата из баховского хорала «Es ist genug» («С меня довольно»).

Примерно та же история случилась во второй программе и с 7-минутным Шенбергом <…>. Крошечная кантата, в основу которой положено живое свидетельство жителя Варшавского гетто, была написана в 1947 году и для последующих поколений стала точкой отсчета в эстетическом переживании трагедии Холокоста. Юровский поставил ее перед бетховенской симфонией, попросив не аплодировать между двумя сочинениями. Миллионы за прошедшие 200 лет так и не смогли обняться, констатировал он, а потеря человеческой жизни насильственным образом в расцвете лет — самая большая трагедия вне зависимости от того, под чьими знаменами идет война» (Е. Бирюкова, Colta.ru).

Исполнение «Экклезиастического действа», не звучавшего в России с конца 80-х, вызвало особый ажиотаж. Но это был тот случай, когда рассказ о музыке (см. чуть ниже) произвел даже большее впечатление, чем сама музыка. Вероятно, без него гораздо труднее было бы проникнуться ее трагическим посылом. Если композитор, получив заказ на сочинение во славу одного из крупнейших событий современности, пишет о смерти и спустя несколько дней после окончания партитуры добровольно уходит из жизни — что это? Осознанный расчет или спонтанное решение? Мистика? Совпадение? Реквием самому себе?

Вопросы, оставшиеся без ответа…

Смутили и некоторые детали исполнения. Например, то, что рассказчики пользовались микрофонами, что акустически было неоправданно.

Связующие нити

Оригинально и вместе с тем абсолютно «по-юровски» была выстроена программа второго мартовского концерта Госоркестра: монументальной Девятой симфонии Бетховена в редакции Г. Малера (ровно за два года до этого оркестр великолепно сыграл Третью, также в редакции Малера) предшествовала кантата Шенберга «Уцелевший из Варшавы». Причем Юровский объединил эти два сочинения фактически в одно целое, сделав «Уцелевшего…» смысловой преамбулой к симфонии Бетховена — и эта композиция, «части» которой написаны с промежутком более чем в 120 лет, должна была символизировать протест против войны и насилия.

В короткой кантате Шенберга сконцентрирована трагедия одного человека и одного народа. В грандиозной Девятой симфонии — так, как ее интерпретировал В. Юровский — трагедия всего человечества, которое на протяжении всей истории стремится к миру и всеобщему братству, но, увы, безуспешно. Инстинкт захватчика оказывается сильнее — и во времена Бетховена, и сегодня. А бетховенско-шиллеровское «Обнимитесь, миллионы!», ставшее гимном ООН — лишь Утопия.

Также в сезоне 2013–2014 Юровский представил в Москве две оперные программы.

Юбиляры по имени Рихард

В сентябре состоялся концерт в честь 200-летия Р. Вагнера (Вступление и II акт оперы «Тристан и Изольда» и Пять песен на слова Матильды Везендонк). В апреле прозвучала «Саломея» Р. Штрауса (к 150-летию композитора). Накануне концерта В. Юровский отмечал, что исполнение «Саломеи» — «важный шаг для оркестра на пути освоения музыки ХХ века. Только в работе с певцами он раскрепощается, начинает дышать. Не случайно в моих программах солистов-вокалистов не меньше, чем солистов-инструменталистов».

«Саломея» (1905) — первая опера Р. Штрауса, ставшая и одним из манифестов музыки ХХ столетия. Одним из связующих звеньев между поздним романтизмом Вагнера, с его культом чувственности, предельно изысканными гармониями, апофеозом лейтмотивной системы и непрерывной сквозной драматургией (сам Штраус называл свою оперу «шагом вперед по сравнению с Вагнером) и партитурами нововенцев.

В опере отчетливо ощущается слом эпох — и не только музыкальных, — угнетающее предчувствие катастрофы. И это при немыслимой красоте музыки, воплощенной с помощью громадного диапазона выразительных средств.

«Получилось у ГАСО очень здорово, не только практически без помарок, но с живым дыханием, точностью и свободой реализовать концепцию Юровского, в которой “Саломея” предстает не декадентским гимном устрашающей красоте, не музыкальной лавой, в последней волне которой слушатель рискует погибнуть, а изощренным архитектурным чудом, исполненным величия, остроумия и нежности. Построенным из подручных материалов музыки века — романсов, молитвенно скромных напевов и танцев — с необыкновенной смелостью фантазии.

…В прошлом сезоне в Лондоне, в рамках своей фестивальной программы The Rest Is Noise (по названию книги-бестселлера музыкального критика Алекса Росса об истории музыки XX века, начиная как раз с “Саломеи”, по мнению автора, бесповоротно изменившей мир), дирижер с Лондонским филармоническим сыграл только финальную сцену оперы. Так что Москве по-настоящему повезло оказаться на европейской музыкальной карте точкой важного дебюта дирижера, чья репутация принципиального игрока на поле позднего романтизма несомненна. Тщательное, собранное, живописное звучание оркестра, даже в самых сильных кульминациях не впадающего в пугающий экстаз, и замечательный вокальный ансамбль сделали свое дело, и в “Саломее” публике невозможно было дышать» (Ю. Бедерова, «Коммерсантъ»).

Словом — о музыке

Перед тремя из пяти весенних московских концертов В. Юровский выступил со вступительными словами. Каждое из них — своего рода проповедь с мощным энергетическим посылом, будь то рассказ о Бриттене и его «Военном реквиеме» (см. стр. 6–8), Циммермане — с историческими экскурсами и политической подоплекой; или пацифистский призыв перед бетховенско-шенберговской программой.

В. Юровский — истинный миссионер и просветитель по сути своего творчества: «Помимо сохранения и умножения чисто профессиональных цеховых традиций, которые важны в любом деле, мне кажется, что по отношению к обществу главное значение симфонического оркестра — это просветительская миссия. Прививание любви и интереса к музыкальному искусству, вообще к музыкальной культуре. Музыкант все время должен напоминать людям: “Я вам нужен, и никакой гаджет, никакой интернет не заменит того, что я вам могу дать в живом звучании”. Это моя принципиальная позиция» (из интервью «МО», сентябрь 2013).

Вступительное слово В. Юровского на концерте 5 марта 2014

«Лицо человека на портрете перед вами принадлежит композитору Бернду Алоизу Циммерману. Ему посвящается первое отделение сегодняшнего концерта. Он родился в 1918 году, и юность его пришлась на очень трудный период немецкой истории. Когда ему было 15 лет, к власти пришли нацисты. Через несколько лет началась 2-я мировая война. Циммермана, как и всех молодых людей, призвали на фронт, но вскоре он был демобилизован по болезни.

Вернувшись домой, он долго был убежден в том, что он был гражданином великой державы, которую унизили и растоптали, но вскоре в его сознании произошел очень серьезный слом, и он стал убежденным антифашистом и пацифистом. Когда он начал сочинять, он был достаточно взрослым человеком и во многом был переростком среди тех молодых композиторов, которые начинали заниматься новой музыкой в Германии после войны. И ему было трудно. Он нашел себе применение как композитор радиоспектаклей, и под влиянием своей работы на радио он развил свой композиторский почерк.

В личности Циммермана столкнулись очень многие течения современной музыки, в нем столкнулись многие эпохи. А конец был неожиданным и трагическим. В 1970 году Циммерман получил заказ от г. Киля — написать сочинение к Олимпийским играм в Мюнхене в 1972 году. И уже во время сочинения этого произведения, которое должно было прославлять мирные цели Олимпиады, объединение всех людей под эгидой спортивных игр, он принял решение уйти из жизни. В августе 1970 года сочинение было написано, он поставил последнюю точку, написав по-латыни «Всё к вящей славе господней», и через пять дней, отослав произведение заказчику, покончил жизнь самоубийством.

Премьера этого сочинения состоялась в сентябре 1972 года, после Олимпийских игр, во время которых, как известно, произошел трагический теракт, в результате которого погибла вся израильская команда, приехавшая на игры. Это произведение с тех пор стало символом своего времени, и оно очень много исполняется на Западе. В нашей стране оно исполнялось всего один раз. Приблизительно 25 лет назад в этом самом зале, когда были дни музыки Западной Германии. Тогда это произведение исполнялось силами немецкого оркестра, немецких актеров, немецкого певца. Поэтому текст, который лежит в основе этого сочинения, дошел до нас, присутствовавших тогда в публике, очень опосредованно. Мало кто из нас говорил по-немецки. И вот недавно мне пришла в голову мысль сделать это сочинение здесь в Москве еще раз, при участии немецкого солиста, но русских актеров. И текст обязательно читать на русском языке. Дело в том, что Циммерман использовал не только библейский текст, сочинение называется «И обратился я, и увидел всяческие угнетения, творимые под солнцем», это цитата из Ветхого Завета, это цитата из книги Экклезиаста. Очень важно, что в этом сочинении играет русский текст, текст Достоевского из романа «Братья Карамазовы», из легенды о Великом Инквизиторе. Это текст самого инквизитора.

И в сочинении Циммермана сталкиваются два текста, как если бы столкнулись два времени. В центре стоит человек, разуверившийся во всем и пытающийся найти ответы на мучившие его вопросы, это певец. И в его голове, в его представлении сталкиваются два текста, два времени: прошлое, которое символизируется текстом Экклезиаста, и странное, как бы отраженное в кривом зеркале будущее. Потому что несмотря на то, что действие Великого инквизитора по сюжету происходит, безусловно, в Средневековой Испании, для Циммермана этот текст   абсолютно современный. Как и текст Библии.

И это становится своего рода зловещей антиутопией, предвосхищением еще не наступившего будущего. Но в итоге и текст Достоевского, и текст Библии оказываются в голове Циммермана как  два демона, которые пытаются бороться за душу человека, и в итоге человек все равно остается один.

В конце сначала актер, а за ним певец повторят текст из Экклезиаста:

«Кто упадет один, тот упадет один».

И в финале этого сочинения, сочинения очень сложного, но вместе с тем очень ясного по эмоциональному посылу, и я абсолютно убежден, что даже те из вас, кто не является знатоками и поклонниками новой музыки, очень легко найдут путь в это сочинение, потому что Циммерман сам был шире какого-то одного течения. Он использовал цитаты и из классической музыки, использовал элементы джаза и рок-музыки, во многом предвосхитив таких авторов как Лучано Берио и Альфред Шнитке.

А главное, в его сочинении присутствуют очень сильный эмоциональный элемент, хотя это сочинение чисто музыкальное, не театральное, и чтецы, так же, как и певец, являются частью музыкального целого и подчиняются, как и музыканты, воле партитуры.

Так вот, в конце этого сочинения звучит настоящая цитата из музыки Иоганна Себастьяна Баха. Бах был композитором на все времена, но для композиторов ХХ века он стал особенно важным. Композиторы-нововенцы видели в нем провозвестника атональной музыки и музыки 12-тоновой, в частности, опираясь на его хорал из кантаты № 60 Es ist genug.

«С меня довольно». Предсмертный хорал, который Бах гармонизовал крайне необычным образом, и Альбан Берг использовал это сочинение в своем предсмертном произведении, Скрипичном концерте. Это произведение само по себе символ, символ веры, но после воплощения его Бергом это произведение стало еще и символом как бы новой музыки.

И Циммерман, перед последним жестом, происходящим в оркестре, который напоминает скорее музыкальный эквивалент самоубийства, цитирует Баха:

«С меня довольно. Господи, если Тебе угодно, прими мою душу. Я отхожу в вечный мир. Отхожу в него спокойно и уверенно. Мои великие страдания остаются на земле. С меня довольно».

Вступительное слово В. Юровского на концерте 9 марта 2014

«Отдавая дань не только тем, кто погиб в Варшавском гетто в 1944 году, но и всем, кто продолжает несправедливо гибнуть в этом мире сегодня, мы бы хотели просить вас в знак уважения и памяти воздержаться от аплодисментов после окончания сочинения Шенберга, позволить нам выдержать несколько секунд молчания и проследовать к симфонии Бетховена без перерыва».

«Военный реквием»: прошлое и настоящее

Исполнение «Военного реквиема» Б. Бриттена стало самым значительным событием Пятого международного фестиваля Мстислава Ростроповича (27 марта - 5 апреля 2014)

Перед исполнением с 13-минутным словом о Бриттене и о «Военном реквиеме» выступил В. Юровский. Его тонкая, мудрая, страстная, идеально драматургически выстроенная речь стала преамбулой, а точнее — искрой, импульсом к пламени музыки Бриттена, которая сразу захватила и не отпускала публику в течение полутора часов — и еще долго после концерта.

В. Юровский: «Сегодня очень важный концерт для всех нас. Это второй визит Лондонского филармонического оркестра в Москву, первый был два года назад и тоже на Фестивале Ростроповича. Мы очень благодарны фестивалю за это приглашение и в особенности благодарны за то, что в этот раз нас попросили привезти именно то сочинение, которое мы сыграем сегодня вечером, — «Военный реквием» Бенджамина Бриттена, сочинение знаковое для музыки двадцатого века, которое, несмотря на то что со времени его премьеры прошло более 50 лет, не утеряло своей актуальности. Я бы сказал даже, наоборот, сочинение, которое приобретает все большую актуальность с каждым днем.

Путь Бриттена к этому сочинению был долгим и трудным, и это был прежде всего путь его жизни, путь, который лежал через мировую войну. Когда началась Вторая мировая война, Бриттен, как и все англичане призывного возраста, должен был служить в армии, и это считалось почетным долгом каждого гражданина. Но Бриттен, как и его партнер и спутник жизни Питер Пирс, были убежденными пацифистами.

Пацифисты были и в нашей стране, их называли «толстовцы», — люди, которые отказывались брать в руки оружие из соображений совести. Но у нас за это грозил в лучшем случае стройбат. В Англии существовал закон об отказе от военной службы. Бриттен и Пирс воспользовались этим законом и зарегистрировались как… Официально это называлось conscientious objector. То есть люди, которые по соображениям совести возражают против активных военных действий. Это не значит, что они отказывались служить своей родине; они отказывались убивать других людей.

И в обычных ситуациях за отказ от военной службы полагалась условная мера наказания — полгода тюрьмы. И многие коллеги Бриттена в том числе, известные музыканты, вынуждены были полгода отсидеть в тюрьме. Бриттен имел преимущество, заключавшееся в том, что к нему очень благоволила королевская семья, и его и Пирса как бы помиловали, им дали разрешение не служить в армии и выпустили их за границу.

Бриттен оказался в Америке и вернулся на родину не только как уже выдающийся и по всему миру признанный автор оперы «Питер Граймз» и других сочинений, но и как человек, на котором лежало несмываемое клеймо отщепенца, человека, который признался в своем нежелании, — а людей, которые не хотели воевать на войне, было достаточно много, но очень немногие имели мужество свой пацифизм обнародовать так, как это сделал Бриттен. И когда Бриттен получил заказ написать военный реквием к освящению нового храма в Ковентри, — как известно, старый средневековый храм был разрушен немецкой бомбардировкой, — Бриттен почувствовал, что настал его час. Настало время произнести то слово, которое он хотел бы и не мог сказать за 20 лет до этого.

Произведение написано на текст католического реквиема и на тексты английского поэта Уилфреда Оуэна. Этот поэт был солдатом Первой мировой войны и совсем молодым человеком погиб за несколько дней до окончания военных действий в восемнадцатом году. И всю силу своего таланта, весь свой пламенный дар слова Оуэн посвятил одному: сражаясь на фронтах Первой мировой войны, он писал о ненависти к войне. И Бриттен вынес одну фразу Оуэна как эпиграф своего сочинения. Он написал: «Поэт может только предупреждать. На большее поэт не способен. Я писал о жалости войны». И в этом слове «жалость» присутствует не только выражение скорби по поводу того, что произошла война, погибли люди. Сам факт братоубийства, убийства одного человека другим, по мнению Оуэна и по мнению Бриттена, есть факт невозможный, недоступный уму и, соответственно, факт преступный. Поэтому реквием Бриттена правильнее всего было бы назвать не «Военным реквиемом», а «Антивоенным реквиемом».

Здесь присутствует еще один аспект, о котором мало кто знает, и я думаю, что об этом аспекте тоже нужно сказать. Реквием посвящен четырем друзьям Бриттена, с упоминанием их военных регалий, это друзья его юности. Все четверо отдали свои жизни, но: считается, что все четверо погибли во время войны. Это не так. Трое действительно погибли во время военных действий Второй мировой войны. Четвертый покончил жизнь самоубийством в 1954 году, через девять лет после окончания Второй мировой войны, когда в Великобритании начались гонения на гомосексуалистов. И это в том числе скрытый слой содержания этого сочинения, о котором в то время, когда Бриттен писал, еще нельзя было говорить, потому что до шестьдесят седьмого года в Великобритании существовал закон, преследующий любой акт гомосексуализма как преступление. И Бриттен большую часть своей жизни провел, скрывая тот факт, о котором сегодня знают все, — что у него был партнер, всю жизнь был один и тот же партнер, это был его друг, его муза, его самый лучший исполнитель — Питер Пирс.

Так вот, Бриттен писал не только реквием против войны. Бриттен писал реквием против любого преследования людей за то, что они другие. За то, что они мыслят по-другому, за то, что они чувствуют по-другому, за то, что они по-другому созданы природой. И если вы внимательно вчитаетесь в тексты Оуэна, — который, кстати говоря, и, я думаю, это не случайность, тоже был гомосексуалистом и, служа в армии, вынужден это был скрывать, — вы увидите, сколько страха, сколько страдания скрывалось в этих людях все эти годы, которые они вынуждены были в себе прятать, подавлять, для того чтобы не стать изгоями в своей собственной стране. И реквием этот, несмотря на то, что в нем присутствует полностью текст католического реквиема, — это конфликт двух текстов. Это конфликт текста, который говорит о вечной жизни, и конфликт текста, который говорит о том, что вот лежит перед тобой тело убиенного солдата и ничто не может вернуть его к жизни.

Бриттен был человеком, который хотел бы верить в Бога, но ему было очень трудно, по разным причинам, может быть, прежде всего потому, что, будучи воспитан в достаточно жестких англиканских традициях, он сознавал как бы свою изначальную грешность, и поэтому для себя ни спасения, ни вечной жизни он не видел.

И мне кажется, что Бриттен в этом сочинении задает самый важный вопрос: а кто мы, люди, такие, чтобы судить других людей? Имеем ли мы на это право?

И вот когда из праха разрушенного собора в Ковентри возник новой собор и на освящении этого собора было сыграно сочинение Бриттена, в зале после окончания настала полнейшая тишина. Не было аплодисментов. Люди были просто не в состоянии аплодировать. И я думаю, что это связано не только с тем, что они столкнулись с выдающимся, действительно выдающимся сочинением современной музыки, — Дмитрий Шостакович назвал «Военный реквием» Бриттена лучшим сочинением двадцатого века; это заявление может быть и спорным, потому что трудно в таком столетии, где было создано столько выдающихся сочинений, назвать одно лучшее, но суть в том, что «Военный реквием» Бриттена попал в самую сердцевину многих проблем, с которыми вынуждены были жить люди в середине двадцатого века. И это сочинение идеальным образом нашло художественный способ выражения всем тем философским, политическим, социальным проблемам, которые существовали тогда и, к сожалению, существуют до сих пор.

Поэтому мы все, участники сегодняшнего концерта, посвящаем этот реквием памяти всех тех людей, которые несправедливо и безвременно отдавали и продолжают отдавать свою жизнь сегодня в мире, когда нет войны.

И вы увидите тексты на экранах, расположенных над оркестром, и это будут тексты в русском переводе. Подумайте о том, что это сочинение было исполнено не просто в России, оно исполнялось в Советском Союзе. Первое исполнение в Москве было в шестьдесят шестом году, и русский текст уже тогда был напечатан в программке. По тогдашним временам это был акт практически гражданского неповиновения — исполнение этого сочинения. И мне кажется, что сегодня, когда это сочинение уже стало неотъемлемой частью классического репертуара, тот нутряной, скрытый в нем человеческий смысл продолжает оставаться актуальным и продолжает колоколом бить нам в сердца и души».

Материалы по теме

В Восьмой раз — имени Дягилева

VIII Дягилевский фестиваль пройдет в Перми с 19 по 30 июня 2014 года. Его главные события —  премьеры оперы «Носферату» Д. Курляндского и балетов «Аполлон Мусагет», «Рубины», «Симфония в трех движениях» И. Стравинского в постановке Дж. Баланчина, а также исполнение на концерте-закрытии Симфонии № 3 Г. Малера фестивальным оркестром под управлением Т. Курентзиса. В дни фестиваля пройдет международный симпозиум «Дягилевские чтения».